Футбольные факты

Одемвингие пригласил нас к себе домой за день до отъезда “Локомотива” на турецкий сбор. Дом в конце Кутузовского проспекта, окруженный высоченным забором, - тот еще: охрана за каждым поворотом. На входе гостям вручают компакт-диск - без него ни одной двери не откроешь. И в лифте выше первого этажа не поднимешься.

Питер встретил в халате и шлепанцах. Через пару минут разговора сообщил, что он и только он - первая звезда “Локомотива”. Самая важная фигура.

Мы опешили, но вида не подали. Что ж, фигура так фигура, звезда так звезда…

Одемвингие, к слову, нам понравился. Открытый, непосредственный. Понравился, хотя и мечтает расстаться с Москвой.

ОТСТУПНЫЕ - 15 МИЛЛИОНОВ ЕВРО

- Кажется, российский чемпионат вам надоел точно так же, как борьба за седьмое место?

- До сих пор у меня все шло в гору. В первый сезон со скромным “Ла Лувьером” выиграл Кубок Бельгии, второй год выдался еще интереснее. В “Лилле” вообще было колоссальное движение наверх. А в “Локомотиве” - лишь седьмое место. Хочется большего.

- Желание уйти из команды, которая забыла, что такое Лига чемпионов, - естественное?

- Разве нет? Трудно смириться с фактом, что “Локомотив” не участвует в еврокубках. Меня в Европе никто не видит. Наши игры там не транслируются. Хотя я всегда говорю, что уровень российского чемпионата не такой уж низкий. Проблема в полях и стадионах - но не в качестве футбола. Куда ни приеду, везде твердят: “Возвращайся в Европу”. Во время последней поездки в Нигерию я был поражен. Подходили люди, которые не должны задавать такие вопросы, - и спрашивали, когда окажусь в английской премьер-лиге. Вся Нигерия смотрит только ее. Повар сестры, который прежде побоялся бы вообще со мной заговорить, нынче усмехается: “Ну что, скоро в Англию?”

- Что отвечаете?

- Всему свое время. Я верю, я работаю.

- Почему президент “Локомотива” Николай Наумов заговорил про “Арсенал”? Было приглашение?

- Понятия не имею. Игроки не всегда узнают о таких вещах. Точно знаю, что приглашали в “Эвертон”, я как раз проводил отпуск в Америке. Позвонил человек, предложил: “Хочешь, возьмем тебя в аренду?” - “Я не против, но “Локомотив” не согласится…”

- Вы это понимали?

- Конечно. Набрал на всякий случай номер Рахимова. Тот о моем уходе, тем более в аренду, и слышать не пожелал.

- Еще кто звал?

- “Рома” интересуется уже три года. Спалетти меня всегда любил как игрока. Сейчас у них освободилось место для футболиста не из ЕС. “Рома” тоже собиралась взять в аренду, а летом выкупить. Если такой клуб говорит, что выкупит - на девяносто процентов так оно и будет. Но я не стал говорить с Рахимовым еще и о “Роме”. Устал от пустой болтовни.

- Агент у вас есть?

- Заключил контракт с одним агентством в Лондоне. Всех теперь отсылаю туда. А на днях приснился прекрасный сон: я забиваю гол за “Локомотив”. На меня это здорово подействовало - ничего страшного, если останусь в Москве. Уже успокоился. Мне этот сезон надо делать красивым. Через год начинается Кубок Африки, следом чемпионат мира… У меня была мечта - к концу 2009 года идти в пятерке лучших футболистов Африки. Но играя в чемпионате России, это нереально. Правда, в декабре меня признали игроком года в Нигерии.

- Вы подписали соглашение с английской компанией. Почему не доверились нашим агентам?

- Ни одного российского агента не знаю. Меня совершенно не интересуют передвижения внутри России. Кто-то пустил слух, что я готов перейти в “Рубин”. А я всего-то лестно высказался об игре Казани. Еще пошутил: “Может, года в 32 там и окажусь, я же наполовину татарин”.

- За последнее время в России вас куда-нибудь звали?

- Нет. Все знают - бесполезно.

- Бывший гендиректор “Спартака” Сергей Шавло говорил, что Одемвингие не стоит тех денег, которые просил.

- Я вообще ничего не просил. О деньгах со “Спартаком” разговаривали агенты. А просили столько же, сколько в итоге заплатил за меня “Локомотив”.

- Недавно вы посмотрели на свой контракт с “Локо” и обомлели, обнаружив сумму отступных. Сколько там прописано?

- 15 миллионов евро. Когда подписывал контракт - не вгляделся в этот пункт. Если однажды стану агентом или будут спрашивать молодые футболисты, обязательно расскажу им о своей ошибке.

- Это было написано в самом конце, мелким шрифтом?

- Нет. Но агенты должны были обратить мое внимание на этот пункт.

- Агентов уволили?

- Уволил. Но не после этого - были и другие причины…

- Вы озвучили логичное желание - покинуть команду, которая не играет в еврокубках. И моментально услышали о себе много скверного. Удивлены были таким поворотом?

- Не то слово! Мне казалось, любому понятны мои желания. Нынешний уровень “Локомотива” - это не мой уровень.

- Ваш - выше?

- Выше. Мне было непросто весь прошлый год, начиная со сборов. Да, старался играть через “не могу”, чтоб никто не упрекнул. Слава богу, была Олимпиада, игры за сборную. Я немного воспрял духом.

- Есть уверенность, что сезон-2009 проведете в “Локомотиве”?

- Если не уйду сейчас, на ближайшие полтора года о переходе придется забыть. Разве что летом какой-нибудь топ-клуб предложит за меня 15 миллионов. Но в кризисные времена верится в это с трудом. Мне ведь еще и зарплату надо положить на четыре года - 7-8 миллионов.

А в январе 2010-го - Кубок Африки. Целый месяц буду в сборной, и провернуть трансфер в это время едва ли возможно. Да и кто захочет покупать игрока, который подписывает контракт - и тут же уезжает за тридевять земель?

- При заключении соглашения с “Локомотивом” у вас была договоренность с Липатовым: пару лет играете в Москве, - и отпускают в Европу?

- Да. На примере нескольких футболистов мне объяснили, что в “Локомотиве” никого силой не держат. Но я понимаю, почему со мной не спешат расставаться. Нужнее игрока в команде нет, в этом я уверен. Остальные ребята могут думать что угодно. Я-то знаю, что играю в “Локомотиве” самую важную роль. За последние две недели настроил себя на позитивную волну. Все равно от меня ничего не зависит, - какой смысл себя изводить? Главное - хорошо подготовиться к чемпионату. Надеюсь, бороться за седьмые места больше не придется. Иначе сойду с ума. Или впаду в депрессию. Мой самый большой страх, - что команда опять завалит сезон. В себе-то не сомневаюсь. Я даже готов от многого отказаться, лишь бы у “Локомотива” в этом году все получилось.

- Вы о чем?

- Могу перестать ходить в ночные клубы. Я люблю потанцевать, мне это никогда прежде не мешало. В любой игре могу отбегать 90 минут и не выгляжу уставшим.

ПОСЛЕДНИЙ ЖЕСТ

- В вашей жизни было несколько команд. “Локомотив” - самая проблемная?

- Да. В “Локомотиве” столько групп, столько национальностей… Все перемешано.

- Часто не понимали закулисных дел?

- И был в шоке! В Европе не подозревал, что можно продать игру. Должен был об этом знать, я же вырос в России, но тема как-то меня обходила.

- До каких пор?

- Заканчивался первый мой сезон в “Локомотиве”. Ехали с одним игроком, и тот начал рассказывать, каким будет финиш чемпионата.

- Сколько оставалось до конца?

- Пару туров. Но все было известно! Вы представляете?

- Легко.

- Я изо всех сил старался не показаться “пришельцем”, деловито качал головой - но внутри было оцепенение. На самом деле, ничего толком не понял.

- Пока предсказания не стали сбываться?

- До последней мелочи!

- В “Локомотиве” обсуждали интервью Гуренко - в котором тот фактически обвинил Спахича в продаже игры “Химкам”?

- Я о многом узнал из самого интервью. Не видел, чтоб Спахича в раздевалке в чем-то обвиняли. В команду приходил министр Якунин, говорил какие-то слова - и Спахич был среди игроков. Президент Наумов тоже присутствовал. Про тот матч могу сказать, что Спахич не был готов играть. У команды была беда в защите - выпустили Эмира. Я, как узнал, не выдержал и спросил у тренера: “Если игрок не готов - почему его ставят в состав?”

- Наумов рассказывал, что много лет не кричал так громко, как после этого матча. Уши закладывало?

- Да. Я прежде никогда не видел президента злым, - но в тот день он явился сам не свой. Холодно поздоровался - и сразу, с первого шага, начал кричать. Было понятно, почему.

- Вам тоже досталось?

- Ага. Президент говорил: “Мы платим нашим нападающим такие деньги, а отдачи никакой”! Игра с “Химками” действительно единственная за весь чемпионат, в которой у нас не было ни одного момента. Но я внутренне был не согласен с Наумовым.

- В чем?

- Это была проблема не сегодняшнего дня. Лично я ситуацию видел еще в начале сезона. Было очевидно, на что можем претендовать с теми игроками, которые собрались в “Локомотиве”. Я не вправе об этом подробно говорить, потому что должен верить в команду, быть оптимистом и так далее, так далее… Но когда вижу состав - становится ясно, какой ждет результат.

- Сомнения в том, что у “Локомотива” что-то получится, появились на сборах?

- Да. Я понял, что будет нелегко. В первой же игре пришлось бежать на нашу половину поля, к собственным полузащитникам. Я был вынужден играть именно так. Только там можно было получить мяч. Я хватал его в центре поля, тащил к чужим воротам и пытался что-то создать. Понял, что этим придется заниматься весь сезон - через “не могу”.

Тренер говорит - не надо, мол, возвращаться, играй впереди. Твой футбол - там. Но я чувствовал - так будет еще хуже. Очень редко удавалось играть, как умею - получать мяч на линии офсайда и убегать.

- Почему так происходило?

- В нашей игре нет уверенности. Недостаточно грамотный футбол. Вот ЦСКА с “Зенитом” пасуют и вперед, и назад. У полузащиты “Локомотива” нет качеств, которые облегчили бы игру. Мы не умеем быстро переходить в контратаку. Ладно, был бы у нас крен в игре - допустим, здорово оборонялись бы. Или же хорошо шли вперед. Да хотя бы отлично били издали. Но у “Локомотива” ни того, ни другого, ни третьего.

- Если посмотреть на состав “Локомотива” - футболисты приличные. А команды - нет.

- Для себя это легко объясняю. Как ждать хорошей игры, когда несколько раз в сезоне Гуренко ставили левым защитником? Таких эпизодов было много - игрока выпускали на место, где он вообще не способен играть.

- Чем вас Гуренко как левый защитник не устраивает?

- Левый защитник обязан время от времени давать длинный пас. У нас этого не было. Я Гуренко уважаю, он нужный игрок. С самоотдачей у него порядок. Но начинать атаки - не его работа. Поэтому вместо обострения пас шел исключительно поперек.

- Гуренко жестко отозвался о легионерах “Локомотива”. Вам - все равно?

- У каждого свое мнение. В чем-то он прав. Я тоже бывал недоволен каждым игроком “Локомотива” - включая Гуренко. К этому игроку трудно придраться, он всегда относится к делу на сто процентов. Что иногда толку от этого никакого - вопрос второй.

- В России вы услышали несправедливых слов по своему адресу больше, чем за всю предыдущую жизнь?

- Это точно. Кто-то считает, что я расслабленный, даже тренер об этом толкует. Но я таким был всегда! Могу вам сказать: на тренировках в “Локомотиве” бегаю больше всех. Постоянно иду в прессинг. Иногда смотрю на себя и думаю: почему я должен это делать, когда так поступают не все? Я что, самый маленький игрок? На фига мне это надо?

- И продолжаете бегать?

- Натура у меня такая. На поле забываю обо всем. Хоть накатывает порой безнадега - целый год пасов вперед нет, игра не идет…

- Тот же Гуренко сказал любопытную вещь: Одемвингие как игрок сильнее Вагнера.

- Я тоже думаю, что сильнее. Пусть и не показал этого пока в “Локомотиве”. Базовые качества у меня выше.

- Например?

- Я лучше играю двумя ногами. Вагнер - супер, год назад в стране ему не было равных. Но я бегу быстрее. Играй Вагнер в “Локомотиве”, ему пришлось бы сложнее.

- В “Локомотиве” он не забил бы и половины своих голов?

- Столько не забил бы - факт.

- Когда смотрите на полузащиту ЦСКА, - завидуете Вагнеру?

- В футбольном плане ему больше повезло с командой. ЦСКА играет в зрелый футбол. Совсем другая игра. Если полузащита приблизится ко мне, тоже буду часто убегать к воротам.

- В чем Вагнер сильнее вас?

- У Вагнера не так много шансов поразить ворота - но из трех моментов он умеет выжать три гола.

- Тоньше вас чувствует ворота?

- Он хладнокровнее. Тем не менее у меня были периоды в “Лилле”, когда играл так же. Был шанс - я забивал. Потому что постоянно имел моменты. А в “Локомотиве” немного отвык от этого, растерял чувство гола. Все как в теннисе. Профессионал три дня не тренируется - потом ракетку не чувствует.

- В России за полтора года так и не увидели настоящего Одемвингие?

- Не увидели.

- А увидят?

- В этом году - наверняка.

РАСПИСКА ДЛЯ БЫШОВЦА

- От работы с Бышовцем какие воспоминания?

- Мне очень нравилось, когда на установках он цитировал философов. Запомнилась фраза: “Сейчас в России многие пытаются учить других, хотя сами ничего добиться не могут”.

- Знаменитая реплика Бышовца на пресс-конференции после домашнего поражения от “Кубани”: “Нет предела человеческой мерзости”. Поняли, что тренер имел в виду?

- Даже думать не хочу. Вокруг “Локомотива” и Бышовца в том сезоне было столько слухов, что голова шла кругом. Когда написали, будто он берет с игроков деньги за место в составе, Анатолий Федорович раздал игрокам листочки: “Пишите расписку. К тренеру Бышовцу претензий не имею, денег за попадание в состав он с меня не просил”. В другой раз - перед игрой в Самаре - в “СЭ” вышло интервью с Лоськовым. Так Бышовец на установке разбирал каждую строчку. Вместо того, чтоб назвать состав и объяснить, как играть. Грустно и смешно.

- Как считаете, почему в России вас, приятного в общении человека, преследуют скандалы?

- Знать бы! Я еще поэтому порывался уйти! Непонятные разговоры за спиной, сплошной негатив… “Может, какой-то дух гонит меня из клуба? Может, лучше уехать?” - думал я. Но если судьба остаться в “Локомотиве”, - так тому и быть.

- После того, как в конце 2007-го вы отказались сидеть в запасе в матче Кубка УЕФА с “Панатинаикосом” и отправились на трибуну, Динияр Билялетдинов сказал: “Одемвингие - не тот человек, которому бывает стыдно”.

- Я и не рассчитывал, что он встанет на мою сторону. Все-таки речь шла о его отце. Но потом можно было все разрулить, пожать друг другу руки и забыть плохую историю. Я же извинился.

- С Динияром отношения прохладные?

- Близости нет. Но я чувствую, что он хороший парень.

- Вы читали интервью Билялетдинова-старшего, в котором вы и Родолфу названы “сволочами”?

- Ссылку на интервью мне прислал приятель. Я тогда отдыхал в Нигерии. Прочитал - и оцепенел. Конечно, было неприятно. Да, в Афинах вспылил, но затем в Москве на банкете, посвященном окончанию сезона, со всеми нормально общался. Даже не предполагал, что вскоре поднимется такой шум. Когда вышел из отпуска, Рахимов меня пригласил: “Питер, резонанс был больше, чем предполагаешь. Надо сделать так, чтоб все утихло”. Нет проблем, отвечаю. Подошел к отцу Динияра, извинился. Объяснил - ничего личного. Нервный срыв у меня мог случиться при любом тренере, который сначала заменил после первого тайма, что-то наговорив в сердцах, а в следующем матче и вовсе усадил на лавку. Настроение на нуле, я уже не был готов играть…. О чем и сообщил в Афинах. Возможно, был не прав. Но уж такой я человек.

- Вас выставляют капризным футболистом. Вы ведь не капризный?

- Нет! Я смиренный парень! Знаете, как меня называют друзья? “Питер, который не умеет говорить “нет”. Вечно проклинаю собственную мягкость. Особенно, когда дело касается девушек. Они этим пользуются.

- Тренер Божович рассказывал: для него рекорд в отношениях с барышней - три месяца. У вас?

- Я не такой плейбой, как некоторым кажется. И девушек у меня было немного. Просто иногда отношения завязываются из-за моей soft.

- Мягкости?

- Точно, мягкости. Вроде бы только познакомились, потом хоп - и незаметно сближаемся. Вот в Москве подружился с девчонкой. В какой-то момент стали ближе, чем нужно. Уже и с собачкой ее дома играли. Вижу, что наступает привязанность и все такое… Мне это совершенно не надо. Хотя сразу предупредил, что витать в облаках не стоит.

- Сколько раз вы по-настоящему любили?

- Два, пожалуй. Впервые - в школе. После 11-го класса я уехал с родителями в Нигерию, и связь оборвалась. Вторая любовь - бельгийская девушка по имени Элка. Мы долго были вместе. Она приезжала ко мне в Москву. Сейчас у каждого из нас своя жизнь. В Москве такие красивые девушки, что временами сложно устоять. Се ля ви.

- Вернувшись в Россию, первую любовь разыскать не пытались?

- Еще играя в Бельгии, нашел через интернет ее московский адрес, написал. Потом набрался храбрости и позвонил.

- Результат?

- Разговора не получилось. Я понял, что не надо возвращаться в прошлое. Больше не звонил.

- Хоть раз делали кому-то предложение?

- Даже был помолвлен. Во Франции познакомился с девушкой из русской семьи. Я тогда играл в “Лилле”, часто ходил в церковь. И решил не отступать от традиций. Устроил помолвку. Нас официально объявили женихом и невестой. Все было очень торжественно.

- Свадьба не состоялась?

- Прошло не так много времени - и я почувствовал, что поторопился. Мы не настолько хорошо знали друг друга. Я пытался отыскать в своем сердце любовь, но не находил. Последний разговор был невыносимым, он рвал мне душу. Девушка пыталась сохранить отношения. Но пришлось расстаться.

- Ваши родители в разводе?

- Официально - нет. Но уже года три живут порознь. Папа в Нигерии, мама - в Москве. По специальности она акушер-гинеколог, но теперь ее работа связана с УЗИ. Я вижу, насколько маме нравится в Москве. От Африки она страшно устала. А папа, наоборот, после возвращения в Нигерию становится все более local, “местным”. Он много лет прожил в России, но лишь сейчас понимаю, как же его тянуло в Африку.

- Для нигерийцев вы - “белый”?

- Это Уэст как-то ляпнул. Есть африканцы с темным цветом кожи, есть - с более светлым. Над этим в сборной часто шутят.

- В Нигерии футболисты нередко обращаются к шаманам. Вы - тоже?

- Никогда. Потому что большую часть жизни провел в России. Хотя знаю, что эти люди способны творить чудеса. Перелом лечат без всякого гипса.

- Как это?

- Накладывают повязку на больное место. Дальше берут курицу, ломают ей ногу и наблюдают. Если через семь-восемь дней она начнет бегать, - значит, и у человека в том же месте кость срослась. От знакомых слышал уйму таких историй. Африканцы неохотно идут в больницу, прежде отправляются к шаманам. В 90-е годы на этом все помешались. У каждого футболиста был свой колдун, который хранил от сглаза. Без шамана ни один игрок в сборной не появлялся.

МАРТИНС ИЗ ГЕТТО

- Кто занимается вашей прической?

- Раньше ко мне заглядывала студентка из Конго, которая училась в университете Дружбы народов. Когда уехала, мне порекомендовали другую девочку, из Экваториальной Гвинеи. Она в том же университете учится. Такая забавная! Метр с кепкой, по-русски трещит без запинки, а у ее отца - сорок детей! Она косички и заплетает.

- Дорого обходится?

- Фиксированная ставка - сто долларов. Плюс такси. Прическу освежаю раз в три недели. Летом - почаще. Но волосам тоже нужен отдых. Так что не удивляйтесь, если в этом году буду расплетать косички. Тогда шевелюрой стану напоминать бразильца Жо.

- О’Коннор с базы “Локомотива” возвращался обычно по разделительной полосе. С постовыми расплачивался тысячными купюрами. Вы так пробовали?

- Нет. Но о приключениях Гарри наслышан. В команде рассказывали, что он и таксистам постоянно тысячу рублей совал, даже когда доехать можно было раза в три дешевле. Для него это была разменная купюра. У меня с ГАИ была одна встреча. Недалеко от дома решил объехать пробку, вырулил на встречную, - а гаишник тут как тут. “Это тебе не Казань, парень. В Москве так не ездят”, - первое, что услышал я.

- При чем тут Казань?

- Так я до сих пор в Казани прописан - и номера на машине у меня были казанские. Совсем недавно поменял.

- Права не отобрали?

- Обошлось. Отдал небольшую денежку, - и гаишник отпустил с миром.

- В “Локомотиве” много штрафов заплатили?

- Два. Самый серьезный - в прошлом году. В клубе, считаю, могли бы и пойти навстречу. В тот уик-энд “Локомотив” пропускал тур, а я возвращался с Олимпиады. К тому же не поехал в сборную на матч с ЮАР - игра ничего не решала. Вот и попросил лишний день отдыха, чтобы успеть смотаться в Бельгию, проведать квартиру. Не отпустили. Я все равно улетел и пропустил утреннюю тренировку. Попал на две тысячи долларов.

- Вы один из самых высокооплачиваемых игроков премьер-лиги. Вкладываете куда-нибудь деньги?

- В недвижимость. Ничего надежнее не придумано. В другой бизнес не лезу. Лучше гарантированно заработаю пять копеек, чем рубль, но с риском. У меня квартира в Бельгии и дом на юге Франции, который сдаю в аренду. Еще в Нигерии построил что-то вроде отеля. Копеечка капает.

- В этой квартире живете года полтора?

- Около того.

- Но обжитой она не выглядит.

- Мы купили квартиру на Воробьевых горах, я всю мебель туда переправил. К маме. Сам остаюсь пока здесь, но многое надо покупать заново. Впрочем, в этой квартире и прежде мебели особо не было. Мне нравится, когда пустовато. Люблю чувствовать простор.

- Когда в последний раз тратили деньги неразумно?

- Я - звезда, и иногда веду себя как celebrity, ха-ха… Перед поездкой в сборную на Кубок Африки могу купить дорогие часы. За сорок тысяч евро.

- Что за марка?

- Franck Muller. С бриллиантами. Ношу их по особым случаям. Но в нашей сборной у некоторых есть часы и за сто тысяч евро. У Мартинса таких часов несколько. Он может себе позволить, в солидных клубах поиграл - “Интер”, “Ньюкасл”… В сборной Нигерии игроки любят показать денежку. Чтоб не выглядеть там белой вороной, надо повесить на руку часы хотя бы за сорок-пятьдесят тысяч евро.

- Понты.

- Ха-ха! Можно и так сказать…

- Вы когда-нибудь купите себе часы за сто тысяч?

- Вряд ли. Я уже не мальчик, в этом году 28 стукнет. Переболел такими вещами. И к часам, и к автомобилям равнодушен. Мне не нужны Lamborghini и Maserati, как тому же Мартинсу. Audi Q7 полностью устраивает. Нынче, кстати, в сборной новая “фишка” - покупать эксклюзивные модели, но уже бронированные. Они в два раза дороже. Ребят это не смущает.

- Мартинс был среди первых покупателей?

- Наверняка. Ему необходим бронированный автомобиль. Год назад в Лагосе, где Мартинс проводил отпуск, его машину обстреляли бандиты. Сам он чудом не пострадал. Парень вырос в неблагополучном районе Лагоса, это настоящее гетто. Сегодня Мартинс наверстывает упущенное. Может ехать и швырять купюры в окно. Пижонить. Этим привлек внимание грабителей.

- Москва - ваш город?

- Город и мой, и не мой… Вырос я все-таки не здесь, поэтому время от времени бывает тяжеловато.

- Где вам уютно?

- В Кортрейке. Это маленький городок в Бельгии.

- Любите маленькие города?

- Мне все равно, какие размеры. Просто Кортрейк славно расположен, возле границы. Чувствую себя там великолепно. Брюссель и Антверпен неподалеку. Хотя вот сейчас, после отпуска, с удовольствием вернулся в Москву.

- В Москве встретились с бывшими приятелями по школе ЦСКА?

- Планировали, но пока не вышло. Из них в большом футболе один Евсиков. Многие завязали.

- Радимов с Хохловым о годах в армейском интернате отзывались коротко - “полная нищета”.

- В мое время, к 96-му году, стало полегче. Да и родители были в Москве, папа работал в Боткинской больнице, мама училась. И никакой дедовщины в интернате не было, разве что по мелочи.

- Когда-то вас поражало, насколько мрачные соседи в московском доме. Никто лишний раз не поздоровается.

- Потому и говорю, что в Москве мне не очень тепло. Напряженная атмосфера даже в собственном доме. Но заметил любопытный момент: в Москве копишь-копишь раздражение, и когда оно уже готово вырваться, встречаешь хорошего человека. Который все сгладит.

- В метро заходили?

- Как-то прокатился до Черкизова. На Третьем кольце ошиблись с поворотом, угодили в жуткую пробку. Час парились и поняли - надежды нет. На тренировку опаздываем. Бросили автомобиль на обочине, спустились под землю.

- В какой компании?

- Я, Баша, Спахич и Кочиш. Добирались с двумя пересадками, в вагонах было не протолкнуться. В метро не заглядывал лет десять, лишь в Англии бывал. Но это не совсем метро - там наземная линия. А в Москве я ехал - и смеялся.

- Над чем?

- Над собственными зароками, что никогда в метро не зайду. Всем поездка понравилась - кроме Баши. Тот уморился с сумкой стоять.

- В чем полтора российских года изменили ваш характер?

- Появилось желание вдумываться в мелочи. Прислушиваться и вникать. Знаете, я такой человек… Сфокусирован на собственных мыслях, и отвлечь меня сложно. Будто трамвай - встал на рельсы, и ничем не сдвинуть. Но теперь я взрослее.

- Больше не живете на своей планете?

- Живу. Но иногда с нее ухожу. Недавно разговаривал по телефону с сестрой, она заметила: “Ты изменился. Стал медленнее говорить, не сразу бросаешь трубку. Не только сам болтаешь, но и меня слушаешь…”

- Правда, что президент “Локомотива” Наумов называет вас Петя?

- Да. Я не против. Остальные в команде обращаются Питер, реже - Осазе. Питер - интернациональное имя, потому в паспорте стоит первым.

ДРАКА С МАРОККАНЦАМИ

- Отпуск провели бурно?

- О, да! Съездил в Америку - и был поражен размахом. Настолько все легко! Такие дороги!

- Катались на автомобиле по побережью?

- Немного поездил по автостраде. Дорога потрясающая - шесть линий в каждую сторону. Огромное удовольствие.

- Александр Овечкин плюется от американских водителей. Едут шестьдесят - и в ус не дуют.

- Меня это тоже очень удивило. Я-то думал - хорошие машины, автобаны, народ летает… Оказалось, наоборот. Еле ползут. А я мчал по-московски. Со мной в автомобиле был друг, который постоянно живет в Америке. Он сжался, затих. Даже закрыл лицо ладонями, боялся. Говорю ему: “Привыкай!”

- Ездили с футболистами?

- Да. Один из них - основной вратарь сборной Нигерии Эжиде. Сходили на баскетбол, играли “Лейкерс” - “Селтикс”. Отличный был матч. Столько известных людей пришло - я кого-то в коридоре поймал, сфотографировались вместе. Кого-то просто видел сидящим в зале, неудобно было подходить. Потом отправились в ночной клуб - там тоже были знаменитости.

- Вас никто не узнал?

- Нет. Зато у меня есть фотографии с Сэмуэлем Джексоном, Эдди Мерфи и Деннисом Родманом. Но самое-самое впечатление - от Лас-Вегаса, я туда на уик-энд съездил.

- В казино были?

- Недолго. Проиграл сорок долларов и ушел. Не захватило.

- В Нигерию заехать успели?

- Дней на десять. В Бельгии побывал. Затем с другом заскочили в Милан на небольшой шопинг, посмотрели матч “Милан” - “Катанья”.

- Пошли и купили билет?

- В Милане живет знакомый агент, он достал приглашение. Когда смотришь такие матчи - получаешь мотивацию как футболист. Вот на баскетбол в Америке билеты покупал сам. Каждый обошелся в полторы тысячи долларов! Это официальная цена - есть и по пять тысяч! Наши места тоже считались VIP, но от площадки далековато.

- На футбол когда-нибудь ходили по билету?

- Никогда. Хотя в “Лилле” травмированным игрокам давали билет и отправляли на трибуну. Меня это забавляло. Часто бывало так: отыграю за “Лилль” в субботу, а на следующий день тур бельгийского чемпионата. У меня друзья в “Брюгге”. Звоню им - оставляют карточки. Проходил на стадион по ним.

- По Европе на автомобиле перемещаетесь без проблем?

- Какие проблемы, если от Лилля до Антверпена 45 минут на машине? От моей московской квартиры до Черкизова добираюсь дольше!

- Знаменитый писатель Умберто Эко на вопрос о самом отвратительном месте, которое знает, ответил: “Отель “Madonna Inn” в Калифорнии”. Самое гадкое место для вас?

- Аэропорт в Ливии. Я был очень раздражен, когда там оказался.

- Почему?

- Посмотрел, как обращаются с людьми. Даже с нами, игроками сборной Нигерии, разговаривали сквозь зубы. Я сказал ребятам: “Надеюсь, больше никогда в этом месте не окажусь…”

Неприятности возникли у меня и в Голландии. Я еще в “Ла Лувьере” играл. С поляком Майклом Клюковски, который сейчас в “Брюгге”, поехали развлечься в Амстердам. К нам пристали марокканцы. Им не понравились брюки моего приятеля. Тот блондин с синими глазами. Стали кричать на всю улицу: “Парень, ты не “голубой?” Пришлось драться.

- Марокканцев было много?

- Двое. Я до последнего старался сгладить ситуацию. Марокканцы - страшная публика. У них и нож мог быть с собой, и пистолет, да все что угодно. Связываться с ними может безумец. Но тут не было выхода. Клюковски сперва перепугался, деру дал. Потом увидел, что я один бьюсь, - прибежал выручать. Да так с левой приложился, что марокканец рухнул столбом. Мы сразу же помчались на парковку. Прыгнули в машину - и назад в Бельгию. Пока эти ребята не очухались и не сколотили банду, чтоб нас перехватить.

- Вам-то досталось?

- У меня еще полгода болела косточка на стопе - после неудачного удара ногой. А поляк о голову марокканца разбил руку. В тот момент до меня дошло: это был знак.

- В смысле?

- Понял, что неправильно себя веду. В Амстердаме веселых заведений хватает. Мы бродили по городу, встретили знакомого из Нигерии. Тот затащил в кофешоп: “Посидим, поболтаем”. Сам затянулся какой-то травой, и нам предложил. Я сделал две затяжки - сразу закружилась голова. Не понравилось. Не моя тема. И вот думаю: сначала кофешоп, следом драка - куда-то не туда меня понесло. В Амстердам больше ни ногой!

- Когда последний раз себе удивлялись?

- В ноябре. Решил сам поставить зимнюю резину. Машина стояла во дворе. Домой вернулся поздно, а ночью обещали заморозки. Не хотелось рисковать. Позвонил товарищу, он предложил помочь. Я приспособил домкрат, замерзающими пальцами менял колеса… Эх, романтика!

Юрий ГОЛЫШАК, Александр КРУЖКОВ, газета Спорт-экспресс

Ведущая британская газета The Times обозначила 50 вещей (людей, событий), который портят футбол в наше время.

Представляем вашему вниманию перевод этого материала:

Футбол - одна из величайших вещей в мире, но он не совершенен. Он был идеальным. До появления больших денег, ТВ, дела Босмана, татуировок, крутых владельцев, агентов, бутербродов с креветками, ротацией, отказа от стоячих трибун.

Речь идет о 50-ти худших вещах в современном футболе, но их могло быть все 500.

50. Технические зоны для тренеров

Была ли необходимость у Боба Пейсли соблюдать техническую зону, когда он выигрывал три европейских кубка и шесть чемпионств? Была ли необходимость у Альфа Рэмси находится в технической зоне, когда он выигрывал Кубок мира? Что вообще это ограничение имеет под собой? Памятка всем современным тренерам: сядь и заткнись.

49. Забегаловки на дорогах

Вы можете спокойно купить полный Английский завтрак за 18,99 по дороге на выездной матч всего за пять минут.

48. Трансферные окна

Представьте, что вы смогли бы делать покупки только два раза в году в январе и летом. Что бы произошло? Ваш холодильник забился бы пивом, а от туалетной бумаге некуда было деваться. Это не работает в реальной жизни и не работает в футболе.

47. Игровые номера

Помните время, когда лучший игрок выступал под десятым номером, а вратарь под первым. Забудьте. Насмотревшись американского футбола, все решили, что круто иметь собственные номера. Джордж Бойер из Рочдейла номер 33, Роналдиньо - 80, Галлас - 10. Зачем?

46. Автобиографии

Пришло время, когда любой футболист решает - или агент ему подсказывает - написать историю своей жизни. Несколько интервью с неизвестным автором и 200 страниц пустой болтовни, не имеющей никакого интереса со стороны общественности. Уэйн Руни написал две книги. На одну больше, чем прочитал.

45. Крейг Беллами

Он валлиец, он играл в 842 клубах, он полностью покрыт татуировками, он получает 90 тысяч фунтов в неделю. Разве что-то не так?

44. “Сумма трансфера не разглашается”

Если вы тратите заработанные моим трудом мои деньги, которые я оставляю за билеты на покупку игрока, о котором я никогда не слышал - мне хотелось бы знать, сколько это стоит. Меня не интересуют дебет и кредит. Только сумма. Одно простое число.

43. Статистика

Американская одержимость статистикой перекинулась на всех. Вас интересует, сколько голевых передач отдал Уэйн Руни в нынешнем сезоне? Вас интересует, сколько точных передач отдал Стивен Джеррард в третьей части игры? Вас интересует, насколько уменьшилось соотношение выигранных единоборств у Гарета Барри после Рождества? Скорее, нет. Есть только одно статистическое данное, которое имеет значение. Счет.

42. By mutual consent (По обоюдному согласию)

Три наиболее бессмысленных слова в английском языке. Так всегда говорят, когда тренер уходит или его увольняют. Просто скажите нам правду, мы постараемся ее пережить.

41. Недовольные отменой матча болельщики

Падало ли что-то белое с неба утром, когда вы шли к машине? Был ли тротуар скользким? Если ответы на оба вопроса “Да”, есть хорошие шансы, что футбола сегодня не будет. В этом виноваты не судьи, не футбольная федерация, не работники стадиона. Просто некоторых вещей не должно быть.

40. Перчатки

Это Англия, а не Сибирь. Ваши руки станут теплыми после пяти минут бега.

39. Толстый парень в вашем ряду

Если вы придете на любой футбольный матч в Англии в вашем ряду будет жирдяй в вашем ряду, который а) опоздает; б) будет говорить всякую муть; в) уйдет за пять минут до перерыва; г) вернется пять минут спустя после перерыва; д) будет говорить всякую муть; е) уйдет за пять минут до окончания встречи.

38. Стандартные слова тренеров накануне матчей

Первое, хотел бы поприветствовать бла бла бла бла бла бла бла бла бла в на прошлой неделе нам не повезло бла бла бла бла бла бла бла бла бла бла бла мы хорошо подготовились бла бла бла бла бла бла бла ребята сделают все для достижения результата бла бла бла бла бла бла бла бла. Наслаждайтесь игрой”.

37. Расстановки

Скукота.4-4-1-1, 4-3-2-1, 4-3-3, 4-1-4-1, 4-2-3-1, 3-5-2, 4-2-1-3. Нормального болельщика это не интересует.

36. Челси

Новый Манчестер Юнайтед.

35. Новости Sky Sports

Люди думают, что врастающий в тоннель Джон Карью величайшее изобретение человечества? Лучше мы вернемся после перерыва.

34. trainline.com

Если вы ездите за своей командой по всей стране на общественном транспорте, не забудьте посетить худший сайт в мире. Поездка от Манчестера до Лондона на поезде займет 2 часа 30 минут. Без проблем. Но это не так приятно. Поедете в 21.06 на Birmingham New Street. Потом сядьте в 22.53 до Нортхэмптона. Потом в 04.58 на автобус до Лейтон Баззард. И наконец в 06.44 отправляется поезд в Лондон. В лучшем случае в восемь утра воскресенья вы будете в Лондоне - всего 11 часов.

33. Добавленное время

“Четвертый судья показал, что судья компенсировал три минуты основного времени”. Ну и что? Что мы получили от того, что человек в костюме поднял большую штуку со светящейся цифрой 3 почти в каждом матче?

32. Джой Бартон

Мы не любим бить человека, который уже упал, но делаем это. Загуглите Joey Barton Scum и получите 30,5 тысяч результатов.

31. Официальные заявления

Действительно ли Робиньо сказал: “Я готов помочь Манчестер Сити добиться результатов и руководство меня заверило, что так и будет?” Вряд ли английский Робиньо настолько хорош, чтобы знать слова committed и assured.

30. Match Of The Day (Телепередача на канале ВВС)

Это была лучшая футбольная передача на ТВ. Теперь это лучший обзор лучших моментов матчей на ТВ в субботу вечером.

29. Электронные рекламные щиты

Когда вы пойдете на Олд Траффорд, не забудьте надеть темные очки, иначе рискуете ослепнуть от света рекламы на телеэкранах и бордах вокруг поля. Бесплатная консультация для гениев, придумавших это: “Мы не можем позволить себе Ауди последней модели. Мы пришли сюда посмотреть футбол и выпить пива”.

28. Помощники судьи

Они просто лайнсмены. Все.

27. Крутые сиденья

Из встречи совета директоров МЮ в мае 2007: “Сэр Алекс Фергюсон попросил заменить пластиковые сиденья на тренерских местах Олд Траффорд. Менеджер хочет заменить их на кожаные сиденья гоночных автомобилей, как в Феррари и Поршах. Сэр Бобби Робсон сказал, что это смешно. Сэр Алекс порекомендовал Сэру Бобби заткнуться”.

26. Четвертый судья

Бессмысленно. Как Лутон до прошлой субботы. (Непередаваемая игра слов.)

25. Клубные магазины

Клубный магазин Арсенала на Эмирейтс имеет специальный раздел для вашей собаки. Стэмфорд Бридж Мегастор продает Челси Крисмэс крекерс всего за 10,43 за упаковку (шесть штучек в каждой). Бренд МЮ появился на туалетном рынке. Вы когда-либо мыли волосы шампунем и кондиционером Манчестер Юнайтед? Теперь вы можете. Всего за 9,99.

24. Подготовки к встречам с прессой

Большинство клубов проводят подготовку своего персонала, чтобы они часом не болтнули чего лишнего перед камерами или микрофонами. Теперь вы понимаете, почему мы всегда слышим одно и то же.

23. Кака

Если он не заинтересован в деньгах, почему должен Милан платить ему 173 тысячи фунтов в неделю?

22. Песня Робби Уильямса Let Me Entertain You

С 1998 года любая попытка сделать песню футбольным гимном была провальной. В том году вышел этот хит.

21. Снятие очков

В Англии снимают очки не за такие провинности, как в Италии. Команда страдает не от своей плохой игры, а потому что у них был идиот-бухгалтер, не сумевший вовремя подсчитать и предоставить необходимый отчет.

20. Официальный сайт клуба

Хорош только для предоставления описания пути к стадиону.

19. Телеканал ITV

В Британии до сих пор все плюются от освещений матчей этим доблестным ТВ.

18. Свои мнения

Мы живем во времена “Каждый должен иметь свое мнение и везде его показывать”. Особенно, в футболе. Рафа - бог. Рафа - идиот. Время Бекхэма прошло. Нет, еще нет. Кака стоит 100 миллионов фунтов? Ага, но вы должны заплатить 45 фунтов, чтобы это увидеть. Стиви Джи и Лампс не могут играть вместе. Да, но это лучшее, что мы имеем. А нельзя ли просто заткнуться и смотреть футбол?

17. Бразилия

Самая сильная сборная в мире перешла на концерты. За последних 2,5 года Роналдиньо и Ко сыграла только один контрольный матч. Зато были шоу за большие деньги в Осло, Кувейте, Стокгольме, Лондоне (четыре-пять раз), Базеле, Гетеборге, Дортмунде, Монпелье, Чикаго, Бостоне, Дублине, Сиэтле и Бостоне. Чтобы еще ничего не забыть…

16. Гостевые книги в Интернете

Моя команда лучше твоей. Нет, моя команда лучше. Нет, моя. Нет, все равно моя лучше. Продолжайте это повторять до Судного дня.

15. Татуировки

Были времена (причем, не так давно), когда татуировки имели только моряки и мусорщики. Теперь вам не надо заходить в раздевалку, чтобы увидеть кельтский крест, колючую проволоку, ангелов, пословицы на китайском, имена всех детей, имена всех детей на иврите, имена всех жен, имена всех жен на латыни, валлийских драконов и обет брака Стива Сидвелла.

14. Суперагенты

Когда же агент превратился в суперагента? Он сделает несколько телефонных звонков, чтобы познакомиться с Романом Абрамовичем и купит квартиру в элитной части Лондона.

13. Травмы

Современные футболисты такие же жесткие и прочные, как ваза эпохи Мин. Половина из них не может бежать, чтобы не потянуть заднюю поверхность бедра, а другая не может бороться, чтобы не повредить плюсневую. А почему тогда с Бобби Муром такого никогда не случалось?

12. Манчестер Сити

Новый Челси.

11. Начало матча

Раньше в футбол всегда играли, в субботу в три часа дня. Теперь играют, когда скажет Скай и Сетанта.

10. Музыка, звучащая после забитого гола

Слушайте. Очень. Внимательно. Мы. Не. Хотим. Слушать. I. Feel. Good. Каждый. Раз. Когда. Кто-то. Забивает. Гол. А?

9. Кубок Англии

Когда последний раз молочник поднимал Кубок Англи? Когда почтальон последний раз забивал на Уэмбли? Нет ничего романтического в соревновании, которое каждый год заканчивается тем, что зарабатывающий 100 тысяч фунтов в неделю парень поднимает кубок, который ему реально не нужен.

8. Владельцы

В старые времена для поддержки клуба вам нужен был только шарфик, а теперь надо иметь степень в области экономики, MBA и подписку на Financial Times. Возвращайтесь мясники, автомобильные дилеры, застройщики или любые местные ребята - мы все простим.

7. Стадион Уэмбли

Старый стадион Уэмбли был символом. Игроки не только из этой страны мечтали там сыграть, а болельщики просто побывать, даже невзирая на логичный запах туалетов. Однако светлые головы ФА подумали, что неплохо было бы разрушить самый знаменитый стадион в мире, заменив его концерт-холлом с непонятной дугой за 800 миллионов фунтов. Лучший стадион в мире? Благодаря новому дому Арсенала Уэмбли теперь даже не лучший в Северном Лондоне.

6. Звонки в прямой эфир на радиошоу

“Следующий “дозвонившийся” Гари из Гилфорда. Какой у вас вопрос, Гари?”

“Алан, Рафа должен уйти. Как можно было оставить Торреса на скамейке, когда так нужны три очка? Да и хуже работы рефери я еще не видел”

“Были ли вы на игре, Гари”

“Нет, но…”

5. Ротация

Вы платите 50 фунтов за билет, 10 фунтов за пинту пива и хот-дог, чтобы посмотреть матч детей, о которых вы прежде не слышали. Спасибо, Арсен. Спасибо, Рафа. Спасибо, Алекс. Ваша забота о болельщиках прельщает.

4. Новый стадион

Где бы вы хотели смотреть футбол? Мейн Роуд или Сити оф Манчестер? Бейсболл Граунд или Прайд Парк? Делл или Сент Мэри? Филберт Стрит или Уолкерс Стэдиум? А, ну да, на новых стадионах классные бутерброды продают.

3. Лига чемпионов

Что изменилось после того, как Кубок чемпионов превратился в Лигу чемпионов в 1992 году? Все. Раньше, когда вы выигрывали кубок, то были лучшей командой Европы. Теперь, когда вы выиграли Лигу чемпионов, вы получите 700 миллионов фунтов.

2. Премьер-лига

Что изменилось после того, как Футбольная лига превратился в Премьер-лигу в 1992 году? Все. Раньше, когда вы выигрывали чемпионат Первого дивизиона, то были лучшей командой Англии Теперь, когда вы выиграли Премьер-лигу, вы получите 500 миллионов фунтов.

1. Телевидение

Чудовище, сожравшее футбол.

Перевод и адаптация Football.ua

Воспитанник донецкого футбола Евгений Бредун (26 лет) подавал большие надежды, но свои лучшие годы провел в киевском «Арсенале», где находился в аренде. Играл здорово, и летом 2007 года Мирча Луческу настоял на возвращении игрока в «Шахтер».

«БЛИК-Спорт»: – Известно, что у тебя конфликт случился на тренировке, поэтому и не играешь в первой команде.
– Было дело. В августе 2007-го я повздорил с Фернандиньо, нас, правда, сразу разняли. Предыстория такова: перед каждой тренировкой Луческу просил не бить сзади бразильцев. Если такое происходило – даже в игровой ситуации, то он сразу кричал на провинившегося. Фернандиньо прыгает в меня двумя ногами сзади, а тренеры молчат – как будто так и надо! Меня «сорвало»: я в Левандовски сначала прыгнул, потом в бразильца… Считаю, что нас – украинцев – не воспринимают за людей и футболистов в родном, казалось бы, клубе. Легионеров же почему-то целуют, извините, в «одно место» – в европейских клубах совсем наоборот, кстати. Потом Луческу мне сказал, что играть я не буду – нет, не из-за конфликта, а потому что на мое место пришли Илсиньо и Кастильо.

Блик.ua

В воскресенье, 25 января, в Москве завершился очередной турнир Кубок Содружества. В решающем матче молдавский “Шериф” после ничьей в основное и дополнительное время (1:1) по пенальти вырвал победу у казахстанского “Актобе” и стал обладателем трофея.

Между тем президент Российского футбольного союза Виталий Мутко выразил недоумение по поводу несерьёзного отношения некоторых клубов к Кубку Содружества. В частности, он подверг критике те клубы, которые присылают на соревнование дублирующие составы:

“Уникальный во всех смыслах турнир, а мы всё время пытаемся защищать российские и украинские команды, которые присылают сюда непонятно какие составы. Не надо никого защищать. Считаю, что “Рубин” опозорил себя и российский чемпионат. Они прислали сюда шесть игроков основного состава, и мне действительно тревожно: как они будут играть в Лиге чемпионов? Где они будут готовиться? Играть со второсортными клубами в Турции? Вы посмотрите, какой уровень соперников здесь, на Кубке Содружества: играй, тренируйся, готовься! Мы уникальная страна, по четыре месяца готовимся к сезону, ещё месяц взяли на подготовку в июне. Когда же мы в футбол будем играть? И при этом платим огромные гонорары. Но если это устраивает владельцев клубов, что тут поделаешь?” Напомним, что чемпион России “Рубин” выбыл из борьбы на Кубке Содружества уже после групповой стадии.

Добавим, что в связи с этим, по словам Мутко, в следующем году регламент проведения Кубка Содружества претерпит изменения. Будет ограничено количество молодых футболистов в заявках команд, что лишит возможности присылать на турнир, как выразился Мутко, “восьмые составы”.
Источник: www.championat.ru

Пару лет назад в Эрфурт, на кубок Германии, приехал “Кайзерслаутерн”, тренером которого тогда был Михаэль Хенке, многолетний помощник Оттмара Хитцфельда, делающий первые шаги на посту главного. “Эрфурт” к всеобщему удивлению дал бой фаворитам из Пфальца. Борьбы была нешуточная, и вот в одном из моментов игрок “Эрфурта” с двух ног, в подкати сзади, убирает игрока “Кайзерслаутерна”. - “Делов то!”, скажите вы. - “Без таких эпизодов не обходиться ни одна игра”. Но вот Герр Хенке решил по другому и обрушился матом на местного игрока. И всё бы ничего, но угораздило его в запале бросить игроку из столицы Тюрингии слова типа -”Восточное дерьмо”. Здесь наверное стоит заметить, что за 16 лет совместной жизни, стена разделяющая восточную и западную Германию, местами стала гораздо массивнее и выше, чем была до 3-го октября 90-го года. Поэтому и реакция последовала незамедлительна. Игроки “Эрфурта” попытались лично объяснить тренерскому штабу “Кайзерслаутерна”, что они не правы. И только вмешательства охраны, и бегство Хенке в подтрибуное помещение, помешало это сделать. Игра долго не возобновлялась, но всё-же была продолжена.
После игры в прессе был поднят нешуточный скандал. Самые горячие головы предлагали лишить Михаеля Хенке тренерской лицензии. Через что он прошёл за эти дни и представить трудно. Наверное не было газеты в которой он бы нe приносил свои извинения и нe клялся бы в любви к “новой” Германии. И лишь после того, как руководство “Красно-Белого Эрфурта” официально приняла извинение тренера, скандал удалось погасить. На Хенке наложили очень приличный денежный штраф и за парой игр любимой команды ему пришлось наблюдать с трибуны.

fussballland

В пятницу, 16 января 2009 года, после заседания совета директоров мадридского “Реала”, подал в отставку Рамон Кальдерон. На его решение повлияли обвинения со стороны прессы в махинациях с результатами голосования акционеров мадридского клуба на собрании, посвященном финансовой отчетности клуба .
Временно обязанности Кальдерона будет выполнять действующий вице-президент “Реала” Висенте Болуда. Выборы нового президента состоятся в июне 2009 года.

“То, что случилось сегодня вечером, не станет гибелью Кубка европейских чемпионов, но в любом случае футбол потерпел поражение”, - эти слова президент УЕФА Жак Жорж произнес сразу же после окончания финального матча очередного розыгрыша у входа в раздевалку туринского “Ювентуса”, где в строгой и торжественной обстановке, как заметил один из участников встречи Мишель Платини, итальянскому клубу и был вручен почетный трофей. Какие-либо другие торжества по поводу победы “Юве” отменялись. Заключительный матч юбилейного - тридцатого - турнира за Кубок чемпионов был омрачен кровавой бойней на брюссельском стадионе “Эйзель”.

“В поездке от Ливерпуля до Брюсселя под надзором собственных полицейских “бобби”, даже во время переправы через Ла-Манш на пароме, всем английским хулиганам был объявлен “сухой закон”, - рассказывал на страницах своей книги “Жизнь как матч” Мишель Платини. - Но бельгийцы не сумели организовать должным образом соответственный контроль за двадцатитысячным потоком болельщиков из Англии. Тогда было принято решение свести риск до минимума и выделить трибуну, разделяющую два “враждебных” лагеря в виде буфера.

После полудня у входа на арену стадиона произошло несколько мелких стычек. Группа хулиганов разбила витрину ювелирного магазина и совершила кражу на 10 миллионов бельгийских франков. Ни одного ареста. Бельгийские силы порядка проявляют удивительную сдержанность.

Пока мы готовимся к матчу в раздевалке, трибуна, призванная сыграть роль буфера, заполняется до отказа. Все как обычно, все нормально. За исключением незначительной на первый взгляд детали, кроме бельгийских болельщиков там занимают места и итальянские рабочие-иммигранты. Администрация стадиона “Эйзель” почему-то продала билеты на эту трибуну и болельщикам “Ювентуса”. К тому же “красные”, которых оказалось слишком много на стадионе (некоторые из них пробирались зайцем, приобретя фальшивые билеты), полезли на буферную трибуну, которая, как известно, была уже занята не только бельгийцами, но и итальянскими работягами, разместившимися в нижней ее части.

Трибуны X, Z и Y стадиона “Эйзель” имеют название “скотный двор”, потому что здесь дешевые места, и основная масса болельщиков там не сидит, а стоит. В 19:30, за 45 минут до первого удара по мячу, начинается “убой скота”.
События, развернувшиеся на буферной трибуне, целиком выявляют легкомыслие организаторов матча. Болельщики “Ливерпуля спускаются к сетке, разделяющей трибуны. Они легко преодолевают ее, и вот начинаются первые стычки с нашими болельщиками в верхней части трибуны. “Красные” совершают нападение на “черно-белых”. Они пускают в ход древки своих флагов и железные острые пруты, которые выломали из решетки. Они ими колют и дубасят тифози, наиболее решительные из которых отвечают ударами кулаков.

Возникает паника. Чтобы противостоять внезапной волне “красных”, которая грозно надвигается сверху, итальянские болельщики с трибуны устремляются вниз, в надежде найти спасение у бровки футбольного поля. А там, наверху, истеричные, взвинченные болельщики “Ливерпуля” обрушивают палки на все, что только находится вокруг них. Паника, охватившая тифози, настолько велика, что их спуск к полю превращается в катастрофу.
Благородные идеалы спорта оказались попранными кучкой негодяев, опьяненных пивом и насилием и проливших кровь людей на “Эйзеле”. Этот проклятый стадион всегда теперь будет напоминать о смерти.
Пораженный масштабами кровавой драки, отряд бельгийских полицейских всего из двадцати человек, которому было поручено покончить с насилием, допустил серьезную ошибку в оценке происходящего. Силы наведения порядка, считая, что они имеют дело с недисциплинированными болельщиками, стремящимися завладеть футбольным полем, поспешили блокировать все входы и выходы, вместо того чтобы открыть их как можно шире и не препятствовать эвакуации болельщиков с трибун. И вот толпа болельщиков оказывается зажатой между небольшой бетонной стеной и решеткой, которые отделяют трибуну от поля. Первый ряды падают, и их затаптывают напирающие сверху. Вдруг все приходит в движение. Стена разваливается под давлением этого гигантского людского слепого тарана. В тот же момент ломаются решетки и начинают разрывать тела прижатых к ним людей.
Трагедия достигает апогея, но никому на стадионе не приходит в голову, что эта стычка между болельщиками на самом деле уже превратилась в кровавую, не поддающуюся контролю бойню.
Обезумевшие люди, стремясь вырваться из района драки, топчут упавших, тела которых нагромождаются друг на друга. Их десятки. У некоторых оторваны руки или ноги. Остальные толпой нахлынули на решетки, которые несут смерть. В этом скопище людей, охваченных ужасом и безумием, каждый ведет борьбу за выживание, рассыпая удары кулаками и ногами, чтобы вырваться из этого бушующего на трибуне вулкана. За несколько секунд тридцать восемь человек лишились жизни. Футбольный праздник превратился в ужасную бойню. Здесь свирепствует пьяный террор, террор слепой, неорганизованный, который уничтожает все на своем пути”.

Cам Мишель Платини вместе с товарищами по команде в эти минуты находился в раздевалке и о реальных масштабах трагедии узнал несколько позже, когда вместе с Бонини, Ширеа и несколькими другими игроками отправился к трибуне с итальянскими болельщиками. Последние готовили ответный удар и призывали футболистов отказаться от проведения матча. В этой ситуации обе команды, представители УЕФА не поддались эмоциям и решили играть. “Это - единственный способ избежать еще больших жертв. Мы отомстили за всех на поле, так как из-за нас, футболистов, наши болельщики приняли смерть”, - объяснил Платини.
“УЕФА не отменил матча, так как возникла угроза дальнейших беспорядков при эвакуации зрителей со стадиона, и число жертв могло оказаться намного больше”, - говорилось в специальном коммюнике Европейского союза футбольных ассоциаций.

“Ювентус” показал неплохую игру, превосходил “Ливерпуль” и после того, как на 56-й минуте англичане сбили Бонека, Платини реализовал пенальти. Итальянцы отказались от круга почета. Они подбежали к трибуне со своими болельщиками и, склонив головы, опустились на колени. Радость победы была подавлена трагедией. Станет ли этот успех вехой в биографии туринского клуба? Нужно ли вспоминать о нем, как о достижении? “Нужно, - убежден Мишель Платини. - Нужно вспоминать о нашей победе, нужно постоянно хранить ее в памяти. Никогда о ней не забывать. Чтобы больше не было таких катастроф”. “Ювентус” и “Ливерпуль” значились главными фаворитами турнира еще на старте, хотя в процессе продвижения к вершине их возможности неоднократно подвергались сомнениям. Итальянский клуб хотя и выиграл чемпионат и Кубок кубков, но выглядел не так бесспорно и авторитетно, как ожидалось. По поводу же финального поединка розыгрыша Кубка кубков против “Порту” “Гадзетта делло спорт” высказалась так: “Можно было только поражаться странному нырянию команды в прошлое. “Юве” словно отступил на десятилетие назад в атмосферу баррикадного футбола, добывая победу в старинном стиле глухой защиты. Он как бы оказался загипнотизированным большим событием - борьбой за внушительный серебряный кубок”. Вместе с тем обозреватели отмечали, что в целой серии игр команда выглядела великолепно. Джованни Трапаттони удалось отладить взаимодействия звеньев, ее перестроенные ряды притерлись. Платини второй год подряд стал лучшим бомбардиром первенства, по-прежнему надежна была линия обороны, заметно прогрессировали Бонини и Виньола, уверенно занял место в воротах Таккони, заменив самого Дзоффа. Все это, однако, не стало гарантией успехов на старте нового сезона, и уже в ноябре “Гадзетта делло спорт” в своих прогнозах лишила туринцев чемпионского звания, отдав его “Вероне”. “Ювентус” к. тому времени занимал лишь восьмое место, потерпел три поражения подряд и был явно деморализован. После домашнего проигрыша “Интеру” (0:4) Трапаттони не скрывал недоумения: “О чем говорить? “Интер” был лучше нас во всех фазах игры. Даже если бы он забил только два гола, мы все равно были бы не в состоянии ничего изменить”. Несколько по-иному были настроены другие специалисты, подчеркивая, что лучшая пора “Ювентуса” - вторая часть сезона, и уповая на опыт тренера. Да и сами игроки не теряли оптимизма. “Впереди 19 туров и многое еще можно поправить”, - говорил Платини. Ему вторил защитник Гаетано Ширеа: “Мы выбились из ритма из-за участия в еврокубках. Теперь, когда до четвертьфинальных мартовских матчей уйма времени, появилась возможность целиком сосредоточиться на чемпионате”. Целиком сосредоточиться, правда, не удалось, поскольку зимой “Ювентусу” надлежало разыграть с “Ливерпулем” Суперкубок УЕФА - приз, который оспаривают обладатели Кубка чемпионов и Кубка УЕФА. Соперники поначалу не смогли договориться не только о двух матчах - дома и в гостях, но хотя бы об одном. Казалось, трофей на сей раз разыгран не будет. Но итальянцы предприняли еще одну попытку, и руководство “Ливерпуля” дало согласие на поездку в Турин. В автомобильной столице Италии накануне встречи в течение 48 часов шел густой снег, двое суток был закрыт аэропорт. Тем не менее поле сумели вовремя расчистить, а англичане своевременно прилетели. На твердом ледяном грунте хозяева сумели проявить себя лучше, и два гола Бонека на 40-й и 79-й минутах решили спор в их пользу. Чуть раньше “Ливерпуль” уступил в Токио в розыгрыше Межконтинентального кубка аргентинскому “Индепендьенте” - 0:1. Скоростно-силовая игра англичан была опровергнута техничными, изобретательными, комбинационными действиями латиноамериканцев. А еще ранее началось крушение ливерпульцев в национальном чемпионате. Команда успела побывать даже на третьем месте с хвоста таблицы, а после 23-го тура занимала скромное девятое место. “Вне пределов “Энфилд Роуд” все годами мечтали, чтобы клуб рухнул или хотя бы оказался не в состоянии еще раз стать чемпионом”, - писал в те дни Лесли Верной, подчеркивая, что гегемония “Ливерпуля” давно уже всем надоела, что она вызывала уныние, раздражение и неприязнь у всех других. Теперь же ситуация должна оздоровиться. “Монополия в спорте - вещь неприемлемая”, - вторил ему Эрик Бетти, но, тем не менее, не был столь категоричен: “Сам по себе “Ливерпуль” достоин уважения. У клуба прекрасный президент, изумительный секретарь, обаятельный тренер, игроки скромны при победах и спортивно ведут себя при поражениях”. К сожалению, все эти положительные качества представителей клуба не повлияли на дурной характер его поклонников. Да и в характере команды что-то сломалось, как отмечал ее тренер Джо Феган: “Мы и прежде иногда играли не лучшим образом, но преуспевали, потому что всегда проявляли силу воли и характер. Сейчас далеко не каждый игрок предъявляет эти козыри, а это не похоже на наш клуб”. Тем не менее, в континентальном розыгрыше “Ливерпуль”, как и “Ювентус”, держался максимально сосредоточенно, хотя его соперники предъявляли повышенные амбиции. Уже на стартовом этапе настоящий бой фавориту дал познаньский “Лех”. У англичан были все основания опасаться за исход поединка, поскольку именно поляки в лице “Видзева” из Лодзи два сезона назад лишили их возможности пройти в полуфинал. И теперь “Лех” действовал остро, агрессивно, один лишь полузащитник Ярослав Арашкевич имел достаточное количество моментов, чтобы похоронить “Ливерпуль”. Но опыт позволил англичанам выстоять, а после подачи углового новичок клуба Джон Уарк забил победный гол. На своем поле проблем у британцев не возникло. Уарк пришел в “Ливерпуль” из “Абердина” и сменил на дирижерском посту Грема Сунесса, уехавшего в итальянскую “Сампдорию”. Это было единственное приобретение клуба в межсезонье, но уже в ходе его впервые за многие годы тренер занялся поиском дополнительных резервов. Обозреватель Периш удивлялся: “В последнее десятилетие этот клуб если и покупал, то с прицелом на завтра, а не для сегодняшнего дня”. Тем временем “Ливерпулю” выпало играть с португальской “Бенфикой” - той самой, выездной матч с которой в минувшем розыгрыше был признан одним из самых ярких в истории клуба. В Лиссабоне помнили об унижении. Газета “Бола” расставила акценты: “Пришло время для реванша”. Однако “Ливерпуль”, несмотря на переживаемые трудности, на своем поле не оставил сопернику шансов - 3:1. Все три гола в составе хозяев провел вернувшийся в строй после травмы валлиец Иан Раш - по итогам минувшего сезона обладатель “Золотой бутсы” лучшему бомбардиру европейского футбола. “Нас пытались преждевременно похоронить, но мы не собираемся становиться на колени, - Несколько приободрился Джо Феган. - Мы изменим свою судьбу также и в собственном чемпионате”. Однако “Бола” не унималась: “Пора покончить с мифом “Ливерпуля”. Уже на 5-й минуте ответного поединка воплощение этого призыва начало осуществляться. Голкипер англичан Гроббелар ошибся, сбил Сильву, и выступающий за “Бенфику” датчанин Маннише реализовал одиннадцатиметровый. У португальцев оставалось вполне достаточно времени, чтобы отыграть еще один мяч. Они беспрерывно рвались в атаку, но развеять миф в итоге оказались неспособны. “Мы 85 минут сдерживали мощное давление португальцев, балансировали на острие ножа, но все же удержались”, - признавался Джо Феган. Помимо “Ливерпуля” и “Ювентуса” возможными кандидатами на победу в турнире назывались также западногерманский “Штутгарт” и французский “Бордо”. “Штутгарт” стал чемпионом ФРГ лишь благодаря лучшей, чем у “Гамбурга” и “Боруссии” из Менхенгладбаха, разности мячей. Тем не менее его победа признавалась закономерной. Тренеру команды Хельмуту Бентхаузу, возглавившему “Штутгарт” два года назад, а ранее в течение 17 лет работавшему со швейцарским “Базелем”, удалось лихорадочно-непостоянный коллектив сделать на удивление стабильным. В команде были лидеры, готовые в критический момент взять ответственность на себя: вратарь Роледер, защитники братья Бернд и Карл-Хайнц Ферстеры, а также Нидермайер, игроки средней линии Бухвальд, Аллговер и исландец Сигурвинссон, шведский нападающий Корнелиуссон. Год назад жребий в первом же круге розыгрыша Кубка УЕФА свел “Штутгарт” с болгарским клубом “Левски”. Немцы вынуждены были уступить. Теперь история повторилась в турнире чемпионов. Тренер болгар Васил Методиев не отрицал: “На этот раз нам будет сложнее. Во-первых, “Штутгарт” постарается доказать, чего стоит. Во-вторых, у нас травмированы нападающие Искренов и Качев, а также защитник Сераков”. Но и немцы недосчитались сразу шести игроков, которые получили повреждения. “Если мы в ослабленном составе добились ничьей в Софии, то на своем поле просто обязаны победить, - говорил накануне ответной встречи Хельмут Бентхауз. В лагере “Штутгарта” царили оптимистические настроения. А Методиев вновь вынужден был жаловаться на отсутствие травмированного Искренова - самого острого игрока в линии атаки “Левски”. Но это не помогло западногерманскому чемпиону. Дважды он выходил вперед благодаря точным ударам Аллговера, и дважды гости усилиями Илиева и Цветкова находили в себе силы отыграться. Нелегкие испытания выпали и на долю “Бордо”, но французский клуб прошел намного дальше. По подбору исполнителей ему мог позавидовать любой континентальный гранд. Пять новоиспеченных чемпионов Европы, мощный западногерманский форвард Дитер Мюллер, талантливый португальский полузащитник Шалана плюс опытный вратарь Дропси (17 выступлений за сборную), пришедший в межсезонье из “Страсбура”. “Бордо” стал чемпионом Франции после 34-летнего перерыва лишь во второй раз. Главным козырем команды была полузащита, где собралось целое созвездие мастеров высочайшего класса - Тигана, Жиресс, Жирар, Тюссо плюс купленный в “Бенфике” за рекордную для французского футбола сумму Шалана. “О такой средней линии любой клуб в мире может только мечтать”, - бахвалился нападающий Бернар Лякомб. Однако новый сезон начался для команды не слишком радужно. Сразу же получил травму и был прооперирован Шалана, не игравший в итоге семь месяцев. Проблемы в отношениях с руководством возникли у Жана Тиганы. И тем не менее команда мощно шла к новой вершине, хотя некоторое время ей никак и не удавалось оторваться от “Нанта”. “Трудности сплотили коллектив, никогда он не был столь единым и целеустремленным”, - констатировал тренер “Бордо” Эме Жаке, работающий здесь уже пять лет. К моменту домашней встречи с “Днепром” французы одержали в чемпионате восемь побед подряд, и “Нант”, наконец, безнадежно отстал. Но днепропетровцы преподнесли игрокам “Бордо” настоящий сюрприз. Сдержав стартовый натиск хозяев, хотя и пропустив при этом гол, наши земляки провели несколько контратак, во время одной из которых Лютый восстановил равновесие. В дальнейшем гости уверенно держали оборону, не допуская ни паники, ни грубых ошибок. Героем встречи стал вратарь “Днепра” Сергей Краковский. Шесть его бросков газетой “Экип” были признаны изумительными, еще два - превосходными. А кроме того, в первом тайме Краковский взял пенальти от Мюллера, который, похоже, и поколебал уверенность французов. И если до игры все они были уверены в победе (варьировался лишь счет), то после признались тренеру, что у них возник комплекс Краковского. “Поединок не дал права разочароваться в игре “Бордо”, но зато познакомил французских болельщиков с таинственным клубом из Днепропетровска”, - писала газета “Экип”. Днепропетровск в те годы был закрытым городом, и свои международные матчи “Днепр” проводил в Кривом Роге. Для соперников и представителей УЕФА на сей счет был припасен лживый набор объяснений, связанный с непригодностью арены, недостаточным освещением и тому подобным. Криворожский металлургический комбинат не представлял для отечественных правителей такой секретности, как ракетное производство на Южном машиностроительном заводе. В общем, отстаивать свою честь днепропетровцам приходилось в Кривом Роге. На первых двух этапах местный стадион “Металлург” оказался счастливым для них. Проиграв в стартовом матче на жестком, неровном поле турецкому “Трабзонспору”, днепряне взяли уверенный реванш дома. История повторилась и во встречах с болгарским “Левски”, хотя здесь соперников рассудил лишь гол днепропетровцев на чужом поле. В обоих случаях “Днепр” продемонстрировал завидный характер и возросшее мастерство. Эти же качества были предъявлены в ответной встрече и французскому чемпиону. Гости прилетели в Кривой Рог в день матча, предпочтя ночевку в Киеве, и сразу же натолкнулись на мощные, напористые атаки днепропетровцев. На 11-й минуте защитник Лысенко головой замкнул фланговую подачу. Хозяева пытаются развить успех, но угроза поражения заставляет активизироваться и французов. В итоге обе команды имели возможность изменить счет, но повезло лишь Тюссо, который мощным ударом вогнал мяч под перекладину. В дополнительное время “Днепр” оказался вдесятером - за два предупреждения был удален Вишневский. А уже в серии послематчевых пенальти нервы не выдержали у Литовченко, который был лучшим в команде в четырех стартовых встречах, но за нарушения пропускал игру в Бордо. Его ошибка вывела в полуфинал французов. “Атлетичная, мощная игра “Днепра” могла воплотиться не в один гол, но игроки “Бордо” сумели быстро среагировать на происходящее и во втором тайме и в дополнительное время показали себя в полном блеске”, - не скрывал удовлетворения Эме Жаке. Но надежды французов пробиться в финал оказались тщетными. В выездном матче в Турине подопечные Эме Жаке не создали по сути ни одного толевого момента. Попытки нейтрализовать Платини успеха не принесли. Шалана явно не справлялся со своим визави. Свой гол землякам Платини в этой встрече забил. Еще один мяч после его передачи провел Бонек. В ответной игре итальянцы отдали середину поля, выстроили мощный оборонительный редут и по существу контролировали ситуацию, несмотря на поражение 0:2.

Ну, а потом был финал, в котором футбол, как сказал Жак Жорж, потерпел поражение. Была кровавая драма, унесшая человеческие жизни. Была дисквалификация английских клубов на длительный срок. Собственно, руководство “Ливерпуля” чуть ли не на следующий день сообщило, что снимает свою команду с розыгрыша Кубка УЕФА. Потом правительство Великобритании приняло решение отозвать все свои клубы из очередного розыгрыша еврокубков. А затем и ФИФА запретила представителям других стран какие-либо контакты с англичанами на клубном уровне. А уже вслед за этим УЕФА дисквалифицировал сначала “Ливерпуль” на три сезона, а позже и все клубы на неопределенный срок. Только шесть лет спустя постепенно они начнут возвращаться на континентальную арену.

Еще один взгляд на трагические события 29 мая 1985 года приведен в отрывке из книги Д. Бримсона “Фанаты” (Дуги Бримсон, “Фанаты. Триумфальное шествие футбольных хулиганов по Европе”. - СПб.: Амфора, 2004):

“Нет никакого сомнения в том, что день 29 мая 1985 года стал одновременно самым черным днем и самым значимым событием в истории европейского футбола. Санкции, наложенные на Футбольную ассоциацию Англии вследствие гибели 38 фанатов “Ювентуса” и одного бельгийского болельщика на стадионе “Эйзель”, были суровым, справедливым, но, честно говоря, слишком запоздалым наказанием. Однако многие люди до сих пор не хотят понять, что эта трагедия стала последним звеном в сложной цепи событий, начавшихся в предыдущем сезоне. В начале 80-х “Ливерпуль”, возможно, самый титулованный футбольный клуб того времени, был одним из немногих, чье хулиганское движение не отличалось особой силой. Конечно же, его болельщики принимали участие в различных инцидентах, но это никак не могло сравниться с тем, что вытворяли группы поддержки богатых лондонских клубов, а также “Лидса” и “Манчестер Юнайтед”. Более того, их репутация росла за счет чувства юмора, особой страстности, фирменного гвалта на трибунах и своеобразной выездной тактики, которая заключалась в редком умении избавить иностранца от лишней собственности без применения насилия. В 1984 году, на пути к своему четвертому кубку УЕФА, “Ливерпуль” и его болельщики отправились в Италию, рассчитывая упрочить и без того высокую репутацию. Тем не менее, эта поездка отличалась от предыдущих, так как играть предстояло в Риме на домашней арене противника, футбольного клуба “Рома”. Учитывая то, что для хозяев на кону стояло слишком много, а количество местных болельщиков на десятки тысяч превосходило группу английской поддержки, ливерпульским гостям был оказан более чем холодный прием. При входе на стадион охрана изымала у них цепочки, связки ключей, часы и даже фотоаппараты, что вызвало негодование среди фанатов “Ливерпуля”, переросшее в бурю возмущения, когда они оказались под градом петард и ракет. Несмотря на крайне враждебную атмосферу, царившую на стадионе, английской команде все-таки удалось одержать победу в серии послематчевых пенальти, и в то время как игроки праздновали свой успех на поле, ситуация на трибунах стала приобретать самый угрожающий характер. Практически тут же полиция заняла самую жесткую позицию по отношению к ливерпульским фанатам, и всем стало понятно, особенно бывалым болельщикам, что после игры их ждут большие неприятности. Единственное, чего никто не ждал, так это такого драматического поворота событий. Лишь малая часть ливерпульских болельщиков смогла добраться до центра города и отметиться там в популярном клубе “Треви Фаунтин”, остальные же предпочли отправиться в свои гостиницы, посчитав это более безопасным. Однако именно они первыми подверглись атакам со стороны местной молодежи, которая, казалось, была абсолютно безразличной к тому, что многие английские болельщики приехали сюда с семьями, включая совсем маленьких детей. Примечательно и то, что полиция отнеслась к этому без всякого сожаления и во многих случаях сама создавала проблемы, обрушивая свой гнев на английских фанатов, обращавшихся к ним за помощью. В конечном счете ситуация вышла из-под контроля. Хулиганы на мотороллерах стали преследовать ливерпульских болельщиков на узких городских улицах. Объектом одного из таких нападений стал тринадцатилетний подросток, чуть было не погибший от нанесенных ему ножевых ранений, которому впоследствии врачам пришлось наложить 200 швов. Еще более усугубили положение водители автобусов, которые должны были после игры отвезти часть ливерпульских фанатов в римский аэропорт, они попросту разошлись по домам, оставив англичан на милость бродячих хулиганских толп. Точно так же некоторые из владельцев гостиниц, то ли стремившиеся спасти свою собственность, то ли напуганные непредсказуемостью последствий, отказались впускать английских гостей, некоторым из которых пришлось искать убежища в посольстве Великобритании. Это был позорнейший эпизод, и тот факт, что он не получил должного освещения в СМИ, как в Италии, так и в Англии, вызвал взрыв негодования среди ливерпульских болельщиков и всего хулиганского сообщества страны. Англичане пообещали отомстить, но только год спустя они получили такую возможность, когда снова вышли в финал Кубка европейских чемпионов, где им предстояла встреча в Бельгии с другим итальянским клубом - “Ювентусом” из Турина.

Даже оставляя в стороне разгоравшиеся страсти и напряженность, остается загадкой, почему именно стадион “Эйзель” был выбран местом проведения той встречи. Он не отвечал основным требованиям безопасности, недостаток финансирования привел к тому, что некоторые сектора трибун были разрушены и заросли травой, а местные болельщики с насмешкой относились к мерам безопасности, применяемым во время игр национального первенства. Для события подобного уровня этот выбор был просто смешным. Гримасой судьбы стало то, что славящиеся веселым нравом ливерпульские фанаты прибыли в Брюссель в довольно подавленном настроении. Восемнадцатью днями ранее в английском футбольном первенстве произошли две трагедии. На матче в Брэдфорде в случившемся пожаре погибли 56 болельщиков, а один подросток был убит во время буйств хулиганов “Лидса” в Бирмингеме. К сожалению, относительное спокойствие было недолгим. Беспорядки в Брюсселе начались достаточно рано, когда фанаты “Ливерпуля”, многие из которых являлись участниками печально известного матча в Риме, стали объектом атак со стороны итальянских ультрас. Однако на этот раз англичане находились в боевой готовности и смогли дать отпор. Более того, некоторые болельщики “Ливерпуля” приняли агрессию итальянцев как вызов. В результате, с точки зрения англичан, возможность отомстить за события предыдущего года была просто поднесена им на блюдечке. Несмотря на это, ливерпульские фанаты не сразу перешли в наступление. Наоборот, они относились ко всему очень спокойно и отвечали только тогда, когда это было действительно необходимо, пока бельгийская полиция, оказавшаяся совершенно неготовой к происходящему, вместо того чтобы арестовывать и задерживать нарушителей порядка, решила как можно быстрее завести фанатов на стадион. Это было большой ошибкой по одной простой причине - слабой изоляции болельщиков. Ситуация с билетами вызвала путаницу и беспорядок с самого начала. Многие из тех, кто побеспокоился приобрести билеты официально, были отделены от итальянцев небольшой оградой и несколькими безразличными ко всему стюардами. Те же, кто приобрел билеты у спекулянтов, оказались в положении “зайцев”. Чтобы попасть на заветную трибуну, многие были вынуждены проползать под внешним ограждением либо перелезать через и даже прорываться сквозь него. В итоге англичане оказались разбросанными по всему стадиону. Впрочем, в любом случае никакого разделения гостей и хозяев не было, а впереди было целых два часа противостояния. На таком стадионе, заполненном озлобленными болельщиками, небольшие группы ливерпульцев волей-неволей стали постепенно примешиваться к толпе. А затем наступил час расплаты. Случилось так, что именно итальянские фанаты спровоцировали первые беспорядки, когда часть английских болельщиков, занимавших места на западной трибуне, оказалась под градом бутылок, монет и сигнальных ракет. Этот эпизод быстро перерос в непосредственное столкновение. По всему стадиону превосходящие силы “Ювентуса” повели наступление на разрозненные группы англичан. Когда же ливерпульцы дали отпор, а полиция не смогла или не захотела взять ситуацию под контроль, небольшие стычки стали превращаться в довольно масштабные драки.

Приблизительно в 20 часов 45 минут по местному времени группа болельщиков “Ливерпуля”, располагавшихся на западной трибуне, посчитала, что с них достаточно, и, смяв ограждение, обрушила всю свою мощь на фанатов “Ювентуса”, до того преспокойно забрасывавших англичан ракетами. Практически тут же в стане итальянцев вспыхнула паника, они дрогнули и побежали. Однако деваться им было некуда, так как сектор, в котором они находились, с трех других сторон был окружен бетонной стеной. Не видя, что происходит, ливерпульские фанаты продолжали атаковать итальянцев, отчаянно давивших друг друга в попытке спастись. Пока полиция решала, что делать, произошло то, что и должно было произойти. Ветхая стена в восточном конце сектора в конечном счете рухнула. Беспомощные итальянские болельщики, секунду назад находившиеся возле нее, были сметены обезумевшей толпой. Теснимые ливерпульцами, оставшиеся болельщики “Ювентуса” были обречены стать убийцами своих товарищей. Наблюдая за происходящей трагедией, уже весь стадион был охвачен паникой. Итальянские фанаты в других секторах стадиона выскочили на футбольное поле, стремясь добраться до ливерпульцев, и на какой-то миг даже показалось, что один из них открыл пальбу из пистолета по английскому сектору (позже выяснилось, что это был стартовый пистолет). Теперь, когда ситуация полностью вышла из-под контроля, в дело вступила бельгийская полиция, и с прибытием подкрепления, в состав которого входили армейские подразделения, порядок был восстановлен. Невероятно, но, несмотря на гибель 38 итальянцев и одного гражданина Бельгии, а также на нежелание футболистов играть в такой обстановке, было принято решение о продолжении встречи. Объяснение было дано довольно-таки простое, что, если бы игра не была завершена, фанаты учинили бы еще больший погром на улицах Брюсселя. Так, в одной из самых страшных игр в истории футбола “Ювентус” со счетом 1:0 выиграл Кубок европейских чемпионов 1985 года. Но этот результат уже не имел никакого значения. Так как эта игра транслировалась в прямом эфире, картина разыгравшейся трагедии обошла весь мир, и, конечно же, вся вина пала на ливерпульских фанатов. Бельгийские власти называли английских болельщиков не иначе как “безумными боевиками”. А пресса в подтверждение этих слов рассказала об одном разбушевавшемся фанате, которому, чтобы его успокоить, пришлось ввести лошадиную дозу транквилизатора. Говорили, что задержанным будет предъявлено обвинение в массовом убийстве. Практически тут же стала появляться информация, что среди ливерпульских фанатов были замечены хулиганы из многих других клубов, включая “Челси”, “Ньюкасл”, “Вест Хэм”, “Миллуолл” и “Лидс”. В поисках сенсации желтая пресса моментально ухватилась за подобные слухи, проинформировав мировую общественность, что трагедия на стадионе “Эйзель” была спланирована английской хулиганской элитой как демонстрация силы в ответ на римские события предыдущего года. Причем в развязывании беспорядков была обвинена группа фанатов “Челси”. Тем не менее, в ходе моего расследования этого инцидента никто так и не смог предъявить мне хотя бы малейших доказательств в пользу подобных обвинений. До сих пор остается неясным, откуда пошли эти слухи, но если учесть, что “Ливерпуль” поддерживает большое количество болельщиков со всей Англии, возможно, на трибунах и слышались различные региональные акценты, но это не дает никаких оснований для высказанных выше обвинений. На самом деле многие из присутствовавших на той игре ливерпульских болельщиков, с которыми я разговаривал, яростно отметают подобные предположения, заявляя, что это было самое типичное побоище. Лишь с той разницей, что они были к нему готовы. Какой бы ни была правда, на трибунах после игры была найдена литература “Национального фронта”, что в те времена, когда правые силы принимали самое активное участие в жизни английского футбола, никому не показалось необычным. Особенно с учетом того, что происходило в предшествующем сезоне. Официальное осуждение происшедшего последовало незамедлительно.

Ошеломленная УЕФА наконец-то приняла меры против хулиганского движения. Все английские команды были отстранены от участия в европейских турнирах на пять лет, санкции же против “Ливерпуля” распространялись на семь лет. В то же время в решительное наступление перешли и английские власти. В результате ряда проведенных полицейских операций некоторые хулиганские группы прекратили свое существование. Другие фанаты, уже принимавшие активное участие в массовых беспорядках, возвращались к нормальной жизни, придя в шок от увиденного на экранах своих телевизоров.”

Летом 2004 года исполнилось 50 лет знаменитому финалу Чемпионата Мира 1954 года, матчу, который и сегодня продолжает считаться одним из самых захватывающих и драматичных в истории футбола. Однако, чтобы в полной мере понять, что же происходило тогда на поле стадиона в Берне, необходимо вернуться к событию, происшедшему немного — всего на пол-года — раньше…

25 ноября 1953 года сборная Венгрии одержала сенсационную победу над Англией на Уэмбли — 6:3. Это был первый случай в истории футбола, когда англичане проиграли на своем поле какой-либо команде с континентальной Европы. Вскоре соперники встретились еще раз в Венгрии. Победа венгров была еще более убедительная — 7:1. Эти матчи обозначили водораздел в развитии футбола между Англией и остальным миром, взявшем на вооружение передовую тактику венгров.

В 1953 году Англия была на пике национального расцвета во всех сферах жизни. Война закончилась, экономика была на подъеме и только что была коронована молодая Королева, что словно подтверждало божественный порядок вещей в завоевании Империей Эвереста своего развития. Конечно, не это было главным в блаженной уверенности нации в своем футбольном превосходстве, а то, что Англия оставалась все еще непобежденной дома ни одной командой из континентальной Европы. И вот коммунистическая Венгрия вышла на поле Уэмбли и своей абсолютно новой для того времени тактикой игры сокрушила английскую уверенность. «Если мы выиграем у англичан на Уэмбли, наши имена будут легендарны», говорил своим игрокам перед матчем тренер венгров Густав Шебеш. Венгры победили и футбольный мир перестал воспринимать Англию, как законодательницу мод.

Венгрия под сталинистским правительством Матиаса Ракоши была странной страной. «Мы жили под очень радикальным режимом, который использовал разнообразные средства, включая запугивание, чтобы навязать свою идеологию, — вспоминал вратарь Дюла Грошич. Это включало и попытку подорвать нашу национальную идентичность. Чрезмерно патриотические произведения искусства были запрещены, но все же государство сильно желало выдвигать спорт как путь рекламирования успеха коммунистической системы.»

Это дало возможность Шебешу собрать большинство лучших игроков в армейской команде «Гонвед», в которой он стал вводить свою новую систему игры, одновременно рассматривая игры внутреннего чемпионата, как часть подготовки к предстоящим международным соревнованиям.

В 1953-м он желал подчеркнуть достоинства своей «социалистической» системы игры, в которой рабочая нагрузка была разделена между игроками и защита была так же важна, как и атака. Английская же тактика все еще носила следы своего происхождения из общественных школ, где главной считалась атака, а в защиту ставились более молодые студенты. Кроме того, достижения тренера «Арсенала» Герберта Чапмена в создании системы «дубль-ве» и дриблинге (демонстрируемых победителями вроде Стэнли Мэтьюза и Тома Финнея) все еще продолжали считаться в Англии последним словом в футболе.

Ключ тактики Шебеша был в игре без центр-форварда, что давало большую гибкость в перемещениях игроков — новшество, которое в Англии тогда еще только с иронией обсуждалось в дебатах, возникших после лекций, прочитанных в Будапеште менеджером «Тоттэнхема» Артуром Роу в 1940 году. Как сказал капитан венгров Ференц Пушкаш: «Когда мы атаковали, атаковал каждый, и то же самое было в защите. Мы были опытным образцом тотального футбола».

Совсем иная ситуация была в Западной Германии. Немцы в первые послевоенные годы переживали глубочайший кризис не только в разрушенной до основания экономике. Для восстановления национального самосознания им необходимо было понять, что произошло со страной в эти годы… Спортивные успехи могли сыграть в этом важную роль.

…В 1949 году ФИФА разрешила немцам участвовать в международных соревнованиях, а в 1950 году восстановила ФРГ в членстве. В Чемпионате Мира при жеребьевке в группах немцы были «посеяны» как «аутсайдеры» и вместе с Южной Кореей попали в группу к «лидерам» — Турции и Венгрии. Система в группах была довольно своеобразная, в частности, «лидеры» играли лишь с «аутсайдерами». Две лучшие команды из группы выходили в четвертьфинал. Можно было и не быть великим стратегом, чтобы понять, что при данной системе противником номер один для сборной ФРГ становилась Турция, ибо Венгрия была слишком сильна, а южнокорейская сборная наоборот, слишком слаба.

Тренер немцев Зепп Гербергер, прозванный специалистами и коллегами «старым лисом», все рассчитал верно. Одолев в первом матче турок 4:1, он на матч с Венгрией выставил наполовину резервный состав. Победа венгров 8:3 окончательно убедила в их непобедимости весь футбольный мир и… их самих — они не знали поражений в международных матчах уже четыре года — и в то же время стала частью плана, задуманного Гербергером: поменьше внимания к своей команде на первом этапе. Турция и Венгрия, как и предполагалось, обыграли южнокорейцев соответственно, 7:0 и 9:0 и, таким образом, судьбу второй путевки в четвертьфинал решила дополнительная игра между ФРГ и Турцией, в которой немцы победили 7:2.

В четвертьфинале сборную ФРГ ждал один из фаворитов турнира и претендентов на победу в нем, команда Югославии. И вновь немцы сумели победить, да так, чтобы их продолжали не принимать всерьез. Весь матч подопечные Гербергера провели в обороне и в конце-концов, югославы забили гол… в свои ворота! Второй гол в ворота деморализованного противника немцы, правда, забили сами…

Полуфинал. Сборной ФРГ противостоит еще один фаворит — «вундертим», сборная Австрии. Австрийцы в те годы считались одной из сильнейших команд мира, а их изящную комбинационную игру специалисты окрестили «венские кружева». Атлетизм и жесткий прессинг стали союзниками Гербергера и его игроков в этом матче и «гармония» капитулировала перед «алгеброй» — 6:1.

И вот в финале во второй раз в турнире встретились сборные Венгрии и ФРГ. Через много лет форвард немецкой сборной Гельмут Ран вспоминал об этом матче: «Две-три минуты мы рвались вперед. Но тут же венгры перехватили инициативу и сами пошли в атаку. С мячом они обращались как чародеи, их комбинации развивались стремительно. Не завидовал я нашим защитникам. Первый удар грома раздался на шестой минуте. Наш полузащитник Экель отбил мяч прямо в ноги чужому форварду — 0:1. Две минуты спустя мы снова побрели к центру: вратарь Турек доставал из сетки мокрый мяч. Веселенькое начало…»

Сборная Венгрии на том чемпионате считалась фаворитом номер один, никто не сомневался в ее победе. О лидерстве венгров в тактике уже было сказано выше, тренер Густав Шебеш считался непререкаемым авторитетом, а главное — они обладали ровным и очень сильным составом. С 4 июня 1950 года по 30 июня 1954 года (вплоть до финальной игры швейцарского первенства мира) сборная Венгрии сыграла 31 матч, одержав 28 побед при трех ничьих и разности мячей 144:33 (!). Чуть забегая вперед, скажем, что четверо игроков венгерской сборной — полузащитник Божик и форварды Пушкаш, Хидегкути и Кочиш — вошли в состав символической сборной чемпионата мира.

Но этих игроков знали во всем мире и до чемпионата, а вот назвать хотя бы одну фамилию в сборной ФРГ тогда вряд ли кто смог бы. И только в финальном матче весь футбольный мир — и сами венгры — с удивлением обнаружили, что такие немецкие игроки, как Хельмут Ран, братья Отто и Фритц Вальтер, Максимилиан Морлок, вратарь Энтони Турек ничуть не уступают в мастерстве венгерским звездам, а тренер немцев Зепп Гербергер — своему венгерскому коллеге. Ну, а уж пресловутые «морально-волевые» у немцев всегда были на высоте…

Прошло всего три минуты после голов Пушкаша и Цибора и Морлог перехватил мяч, небрежно откинутый кем-то из венгерских защитников своему вратарю, обвел его и забил гол в пустые ворота. Как-то незаметно характер игры изменился, немцы стали доминировать на поле. Создавалось впечатление, что венгры побаиваются вступать в единоборства с мощными, рослыми, смело идущими в «стыки» немецкими игроками.

И еще через семь минут счет сравнялся: Ран пушечным ударом завершил свой же проход по правому краю. Теперь уже на поле не было фаворита и аутсайдера — шла равная, захватывающая борьба. Венгры еще пытались плести свои комбинации, немцы у своей штрафной не жалели ни своих, ни чужих ног. До конца оставалось всего шесть минут, когда в борьбе за мяч у штрафной венгерской команды сошлись Божик и Ран. Божику показалось, что немецкий форвард оттолкнул его и он остановился, глядя на судью. Но тот махнул рукой — «играйте». Секундное промедление оказалось роковым: немец уже убегал на рандеву с Грошичем…

В последние шесть минут венгры пошли на штурм. Они заперли соперников в штрафной, создали несколько «стопроцентных» голевых моментов, но фортуна окончательно отвернулась от них. Мяч попадал в перекладину, пролетал в миллиметрах от стоек ворот, но упрямо не хотел попадать в сетку. Впрочем, однажды он все-таки туда попал и английский судья Линг уже показал на центр, но боковой поднял флажок: оффсайд! 3:2 и сборная ФРГ впервые стала чемпионом мира.

4.07.1954
Берн. «Уонкдорф Стадион». 62472 зрителей. Финал. ФРГ — Венгрия 3:2.
ФРГ: Энтони Турек, Йозеф Посибал, Вернер Колмейер, Вернер Либрих, Карл Май, Хорст Экель, Максимилиан Морлок, Хельмут Ран, Оттмар Вальтер, Фритц Вальтер (к), Ганс Шефер. Тренер Зепп Гербергер.
Венгрия: Дьюла Грошич, Жено Бузански, Михал Лантош, Йозеф Божик (к), Дьюла Лорант, Йозеф Закариаш, Золтан Цибор, Шандор Кочиш, Нандор Хидегкути, Ференц Пушкаш, Михал Тот.
Тренер Густав Шебеш.
Голы: Морлок (11), Ран (18, 84); Пушкаш (6), Цибор (9).
Судья: Линг (Англия).

Автор: Григорий Аграновский aka agra

Роналдо почти не играл. Но о нем только и было речи. Вернется ли трехкратный лучший футболист мира после травмы? Или к 32 годам уйдет на пенсию? На прошлой неделе Феномен сказал, что готов поставить в игроцкой карьере точку

13 февраля 2008 года. “Милан” — “Ливорно”. 60-я минута матча — 0:1 Вышедший на замену три минуты назад Роналдо, замыкая навес, неудачно приземлился на правую ногу. Стадион услышал ужасный хруст, после чего Зубастик покинул поле, но оставил за своей командой право пробивать пенальти: в борьбе с Ронни защитник соперника сыграл рукой. Тогда еще никто не знал, что бразилец выпал из игры на неопределенный срок. Почти год Зубастик не сдавался и обещал миру вернутся на поле. Но на прошлой неделе, сыграв против друзей Зидана в благотворительном матче в Марокко, бразилец признался, что, наверное, пришло время сдаваться: “На данный момент я не в очень хорошей форме. Мои ноги отяжелели. Я устал”.

Роналдо. Фото АР

ПИСЬМО ОТ ПРЕЗИДЕНТА

Началом конца эры Роналдо и послужила та самая злосчастная травма, полученная в миланском матче. Ронни был прооперирован. Французский хирург сказал, что бразильцу придется восстанавливаться не менее девяти месяцев, а сможет ли игрок вернуться в большой спорт, зависит уже от него самого. Никто не хотел верить, что это конец эры Феномена.

“Я встречался с ним на следующий день после операции, — говорил экс-партнер Зубастика по “Реалу” Зинедин Зидан. — Роналдо в подавленном состоянии, но, я думаю, ему не нужно заканчивать карьеру. Он должен бороться и вернуться. Футбол очень многое потеряет с его уходом”. Президент “Милана” Сильвио Берлускони тоже возлагал надежду на возвращение форварда в большой футбол: “Ему всего 31, он молод. Думаю, через несколько месяцев Ронни вернется в строй и будет снова тем чемпионом, которого мы знаем”. А форвард “Лиона” Карим Бензема вовсе назвал Роналдо лучшим футболистом всех времен и даже признался, что имеет все его голы на DVD.

Каждый день бразилец получал сотни писем от поклонников с просьбой скорее выздоравливать и возвращаться на поле. Что говорить о фанатах, если даже президент Бразилии прислал футболисту слова поддержки: “Молодой человек, не сдавайтесь, продолжайте двигаться вперед. Как и весь народ Бразилии, я верю, что вы вернетесь на поле и снова станете образцом стойкости и мужества” — говорилось в послании.

ПРОГНОЗ ПЕЛЕ

Разговоры о том, что эта травма стала роковой в карьере Зубастика, сильно раздражали самого игрока. Он неоднократно повторял, что повесит бутсы на гвоздь только тогда, когда сам решит. “И вообще, я не уйду, пока не выиграю Лигу чемпионов” — заявил однажды форвард “россо-нери”, которому этот турнир ни разу не покорился.

Особенно разгневали Феномена слова Пеле, который с сожалением высказался, что Роналдо не сможет играть на прежнем уровне. На слова Короля футбола Ронни отреагировал очень эмоционально: “Я счастлив! Известно, что все предсказания Пеле оказываются полной чушью!”.

Роналдо вспомнил прогнозы Пеле перед ЧМ-2002. Тогда он заявил, что новый наставник сборной Бразилии Фелипе Сколари ничего не добьется на мундиале. Сомнения легендарного земляка вынудили Роналдо заявить, что Пеле ничего не смыслит в футболе. Что же получилось? В том году чемпионом планеты стала именно Бразилия, которая победила в финале Германию благодаря дублю… конечно же, лучшего бомбардира мирового первенства Роналдо.

ДЕВОЧКИ-МАЛЬЧИКИ

Даже во время своего лечения нападающий не покидал первые полосы газет. Однако в апреле поводом говорить о Роналдо стало вовсе не его восстановление. Бразилец вляпался в сексуальный скандал. В период своего восстановления в Рио-де-Жанейро он познакомился с тремя девушками легкого поведения и снял для них номер в отеле. Но “девочки” оказались мальчиками в юбках. Ронни попытался выставить трансвеститов за дверь, но они требовали компенсацию в размере — $30 тыс. С двумя подругами Зубастик “договорился”, вручив им по шестьсот долларов. А третья “красотка” выкрала его документы и стала угрожать, что расскажет обо всем прессе. После угроз футболиста проститутка обратилась в полицию, а на следующее утро о грязном скандале заговорил весь мир. Против Роналдо возбудили дело по статье “угроза нанесения телесных повреждений”, поскольку был констатирован факт, что во время ссоры футболист угрожал трансвеститам побоями. Эти события существенно отразились на имидже Феномена: Nike, с которым у него был пожизненный контракт, задумался о расторжении соглашения. Вскоре от него ушла любимая девушка.

БЕЗРАБОТНЫЙ

1 июля действие контракта с “Миланом” истекло. Впервые в жизни он стал безработным. Главным претендентом на Ронни был “Фламенго” (детская мечта бразильца), но там его очень просили сбросить лишний вес. Вскоре появилась информация об интересе к Роналдо “МанСити”, ПСЖ и “Сьены”. Но уже 32-летний форвард отказал всем. “Возможно, пришло время попрощаться с футболом”, — сказал он на днях. Да, уже не впервые. Но заявления “я погорячился” до сих пор не последовало…

ВНУТРИ НЕГО “ФЕРРАРИ”

Пеле: “Я его фан номер один в Бразилии. Как бы жестко с ним не говорили, его невозможно напугать”.

Марадона: “Безусловно, Роналдо — один из самых талантливых современных футболистов в плане техники”.

Йохан Круифф: “Не сравнивайте его ни с кем. Он лучший”.

Фабио Капелло: “Феномен, но он должен постоянно это доказывать…”

Бобби Робсон: “Он может пробежать 40 ярдов назад, вступить в борьбу, отобрать мяч, потом взять на себя всю защиту и обыграть ее”.

Гари Линекер: “Скорость Роналдо с мячом — это что-то. С его талантом он может создавать голы из ничего”.

Андони Субисарета: “Да, он создает голы из воздуха”

Хорхе Вальдано: “Он вроде игрока, внутри которого есть мотор “Феррари”, запрограммированный забивать. Он способен в одиночку выигрывать матчи”.

Рауль Гонсалес: “Я пытаюсь копировать Роналдо. Его взрывная скорость сильно впечатляет. Сам я просто уровнем ниже”.

Лоран Блан: “Он не поддается никакому контролю, прямо как шарик для пинг-понга”.

Галина Еременко, газета “Спорт сегодня”

Я жду Сергея Герасимца — легенду белорусского футбола 90-х — в окружении четырех десятков питерских милиционеров. Они подпрыгивают на месте, трут озябшие от долгого дежурства на пронизывающем балтийском ветру руки и с трепетной нежностью поглядывают на микроавтобусы, на которых блюстители порядка, судя по всему, сюда и прикатили. Сейчас в них уютно и тепло. Умиротворенные лица водителей — лучшее тому подтверждение. “Ты не знаешь, чего ментов сюда нагнали?” — спрашивает подошедший мужчина лет шестидесяти с лицом питерского интеллигента, около полутора десятков лет не ночевавшего дома. Я пожимаю плечами. Черт его знает, может, ждут кого-то.

Количество омоновцев, растянувшихся в цепь на противоположной стороне Невского, заставляет отбросить веселую догадку о торжественной встрече Герасимца с вручением ему пышного букета за оборону Петербурга в составе “Зенита” в последние годы минувшего века.
Впрочем, а где мой будущий собеседник? Я его не видел с тех еще времен, и память угодливо рисует мне Сергея-минского. С патлатой шевелюрой и в синей, динамовского цвета, куртке “Симод”. Разумеется, в спортивных штанах и кроссовках. Именно так должен быть одет человек, выскочивший из соседнего подъезда только для того, чтобы отвести журналиста к себе домой. Ну разве что куртка у него теперь будет другая, петербургская, хотя и тех же цветов: колор “Зенита” ничем не отличается от мастей местного “Динамо”, где Серега сейчас работает вторым тренером у Эдуарда Малофеева.
“Все, мужики. Нам сказали идти на…” — коренастый прапорщик озвучивает направление предполагаемого (и известного любому из нас) пути едва ли не с восторгом. Волшебное слово творит чудеса — заметно повеселевшие милиционеры по-мальчишечьи лихо перемахивают через ограду, отделяющую тротуар от мостовой, и с шумом рассаживаются по теплым автобусам.
Картина так заворожила меня своей взаправдашней искренностью, что я упустил момент триумфального появления своего героя. Он подкрался как-то незаметно — может, потому, что не отсканировался в приготовленном для него моим воображением бело-голубом формате? Герасимец одет строго и изящно — в темные цвета. Дорогая куртка, ботинки и безупречного покроя брюки — ей-богу, типичный денди, зачем-то вышедший на прогулку аккурат в разгар милицейского помешательства.
Он тоже удивленно крутит головой по сторонам: “Серый, может, кто приехал, а?” — “Приехал… — проходящая мимо женщина укоризненно останавливается возле нас ровно на две секунды, чтобы, выпалив новость, прибавить шаг едва ли не до бега. — Это ждут тех, кто сегодня против Конституции митингует!” Мы переглядываемся, и Герасимец предлагает: “Давай из окна посмотрим, они у нас как раз на проспект выходят…”
Пока мы минуем крошечный дворик и поднимаемся на третий этаж, от демонстрации уже не остается и следа. М-да, не много у них здесь несогласных. У нас хоть и милиционеры погрустнее, и то массовости на порядок. А еще городом революций себя обзывают… Пижоны.
Хотя все равно красиво: Невский в вечерних огнях — это нечто особенное. Лучшего фона для интервью обо всем и не придумать…
— Сереж, с первого взгляда показалось, что с жизнью северной столицы ты ассимилировался целиком и полностью…
— Знаешь, я себя петербуржцем не представляю. Дети — да, они здесь родились и растут. Хотя по идее на свет должны были появиться в Калининграде. Тогда все решилось за три дня, а у меня до сих пор присутствует ощущение, что в жизни еще все изменится и Питер не будет последней точкой моего существования. Хотя это не говорит о том, что город мне не нравится.
Все-таки здесь прошла одна из ярких частей карьеры, дети родились, и мы с женой Татьяной делаем все, чтобы им было хорошо.
Питер — город особенный. Да, много музеев, наверное, больше, чем где бы то ни было, но здесь очень тяжелый климат. И если сравнивать с тем же Минском, то сами питерцы поражаются чистоте и ухоженности белорусской столицы. Так что понятие культурной столицы, коей мы привыкли его считать, не вяжется с тем, что Санкт-Петербург довольно грязный сам по себе, и Минск легко даст ему фору.

— Зато зенитоманией ты должен был в любом случае пропитаться. Эта команда для Северной Пальмиры нечто большее, чем просто клуб…
— Раз я играл за “Зенит”, то, конечно, переживаю за него и сейчас. Однако не так, как в детстве за киевское “Динамо”.

— Хм, детство… Тогда футбол был настоящим. “Газпром” потенциального чемпиона не назначал, а ребята играли за местные команды. Где родились, там и пригодились.— Деньги сегодня действительно решают многое. Но история клуба тоже играет роль, хотя, с другой стороны, сколько клубов с историей уже кануло в Лету. “Алания”, “Ротор”…
Впрочем, Питер будет стоять особняком именно из-за своих зрителей, ведь здесь они особенные. Местный болельщик разбирается в футболе и умеет гнать команду вперед.
Я приехал сюда в 97-м, когда на “Петровский” ходило по 5-6 тысяч, но со временем трибуны заполнялись. Когда “биток”, то плохо играть нельзя. Уровень чемпионата именно так и определяется — сколько людей ходит на футбол. В Питере, получается, с этим полный порядок. И я сам вижу, как радуется город успехам своих любимцев. Вокруг команды крутится довольно яркая жизнь, а этого одними денежными вливаниями не достигнешь.
Кроме того, надо отдать должное еще и тому, что на весь город — а это более пять миллионов жителей — команда всего одна, так что симпатии не делятся в несколько раз, как, скажем, в Москве.

— Но 20-тысячные трибуны “Петровского” для 5-миллионного города забить не слишком-то и сложно…
— Ну вот она, наша ментальность, где все перевернуто с ног на голову. Сначала покупают дорогих футболистов, занимают первое место, а потом уже думают о стадионе. Для меня понятно, что серьезный игрок должен выступать на хорошем поле, вместительном и комфортном стадионе, где будет удобно болельщикам.

— Твоя ремарка насчет перевернутой головы оправдывает и следующий постулат: если во всем мире клубы получают прибыль прежде всего от продажи сезонных абонементов и билетов, то в России о ней, похоже, вообще мало кто думает.
— В этой стране никто не думает о болельщиках — вот в чем проблема. А во всем мире футбол существует в первую очередь для зрителей. И тот же Ян Коллер, наверняка приехавший в Россию на гораздо большие деньги, чем имел в Германии, искренне удивился качеству наших стадионов.
Наверное, наши люди не привыкли ждать. Я вкладываю деньги — дай мне результат сегодня, а что будет завтра, никого не волнует. Я вкладываю 100 миллионов, хочу выиграть Кубок УЕФА и чемпионат России, а какими способами, меня не интересует.

— Уж не имеешь ли ты в виду…
— Имею. Я все имею в виду. Просто не хочу на эту тему распространяться, потому что это тоже проблема…

— Знаешь, что интересно, когда информация о 50 миллионах в матче “Бавария” — “Зенит” достигла белорусского информационного поля, я не встретил ни одного человека, который сказал бы: “Это грязный навет. Невозможно представить, чтобы русские на это пошли…” К сожалению, имидж нашего большого брата сегодня никак не назовешь девственно чистым и любой слух падает на хорошо удобренную почву…
— Я на эту тему говорить не хочу. Давай о другом.
Надо понимать, что спорт, помимо победы, несет с собой нечто несоизмеримо большее. Вместе с “Локомотивом” я был в Лиссабоне на базе “Спортинга” и видел, что вместе с основной командой тренируется масса детских различного возраста. Там нет шикарных баз, как у “Сатурна” или киевского “Динамо”. Все очень просто, но поля хорошего качества. И прекрасная организация, когда шатлы отвозят и привозят ребят из разных уголков города. Эта система работает и выдает на-гора десятки одаренных футболистов.
Нам же почему-то проще купить одного за 30 миллионов, еще одного за 20, а завтра третьего за 50, выиграть с ними чемпионат, что, возможно, не очень плохо. А на самом деле это путь в никуда.
Если бы я тебя провел по тем местам, где дети тренируются и играют на первенство Санкт-Петербурга, ты бы ужаснулся. Нормальные условия для футбола в этом городе имеет только “Зенит”. На всех остальных — “молодежку” “Зенита” и несколько команд второй лиги — лишь одно поле, запасное “Петровского”.

— Как считаешь, кризис благоприятно повлияет на развитие футбола в России?
— Думаю, он существенно умерит финансовый произвол в стране. Зарплаты и премиальные, получаемые футболистами, не соответствуют уровню их мастерства. Скажем, к Аршавину, на которого специально ходят люди, претензий не может быть никаких. Но что делают в “Химках” десять югославов или столько же балканцев в “Луче”?
В Англию не приедет игрок, не проведший определенное количество игр за национальную сборную, поэтому туда попадают только классные футболисты. А что творилось в “Локомотиве” в прошлом году, когда мы работали там вместе с Бышовцем? Я за голову хватался!
Могу назвать десяток игроков, у которых были персональные автомобили, съемные квартиры, понятно, не за две тысячи долларов, зарплаты намного большие, чем у того же Сергея Гуренко, и за все время они ни разу не выходили в основном составе.

— Трудно представить, чтобы что-то похожее было в БАТЭ. Может, их футбол — в исполнении ребят, в большинстве своем передвигающихся в общественном транспорте и играющих за смешные, по российским меркам, деньги — и есть настоящий? Может, это и есть счастье?
— Счастье — это миг. Можно к чему-то идти, чего-то добиться, но через минуту все становится историей. В этом плане спорт — очень жестокая вещь. Что касается БАТЭ, то в России к нему отнеслись с большой теплотой, и я тоже переживал за борисовчан. Правда, не в матчах с “Зенитом”. И то, чего они добились, для меня большой сюрприз.
А знаешь почему здесь за них болели? От игры БАТЭ веяло чистотой. И за этот подарок, который он сделал своему народу, на месте руководителя государства я бы его наградил.
Мне кажется, в этой команде еще во времена Пунтуса ставка делалась на молодых доморощенных футболистов, и это принесло плоды. Тренеры менялись, а система работает. К тому же в Борисове хороший коллектив. Я общался со знающими людьми, и они это утверждают в один голос. Очень редкое явление, когда команда живет как одна семья.

— Ты в своей карьере часто встречал семейные отношения внутри трудового коллектива?
— Почти никогда. Наиболее комфортно мне было в минском “Динамо” где-то на четвертый-пятый год моего там пребывания. Но развалился союзный чемпионат, и я об этом очень жалею.

— С другой стороны, появилась серьезная международная альтернатива. Кстати, что ты испытывал, когда впервые надел майку национальной сборной Беларуси?
— Первый матч состоялся в 92-м против сборной Украины. По сути, я должен был стоять с другой стороны.
У меня всегда была позиция, схожая со взглядами Аудрюса Жуты — националиста в хорошем смысле этого слова. Он не представлял себя ни в какой иной форме, кроме как в литовской. И я, собственно, имел такие же виды на родную украинскую сборную. Но она и не думала меня приглашать, так что, поразмыслив, я ответил согласием на предложение белорусов.
Знаешь, кровь не обманешь, я все равно болею за сборную Украины. И мой родной гимн — украинский, и если я тебе буду говорить, что при звуке белорусского у меня по коже бежали мурашки, то, наверное, согрешу против истины. Но были ответственность и желание не ударить в грязь лицом, отдать все силы. Это и помогло нам обыграть голландцев.

— Этим воспоминанием тебя, наверное, уже прибили. Новое поколение запомнит Герасимца исключительно как автора единственного гола в знаменитом поединке с голландцами в 1995-м.
— Если в Беларуси меня помнят по этой игре, то уже хорошо. Есть же многие неплохие футболисты, которые вообще ни с чем не ассоциируются.

— Отдавая должное национальной сборной первого призыва, в ней хватало харизматических личностей, которые и по сей день на слуху. Один только Валера Шанталосов чего стоит… Ты, кстати, веришь, что договорные матчи на уровне сборных могут существовать?
— У белорусской сборной в этом плане очень плохая репутация.

— Вот те раз…
— Я не понимаю, почему все накинулись на Шанталосова. Почему никто не вспоминает игру с Украиной в 2001 году? Валера ведь тогда в воротах не стоял. Такого ажиотажа, как вокруг матча Беларусь — Украина, не было давно, билеты невозможно было достать, ничья давала нам отличные шансы на второе место. А что я увидел на футбольном поле? Я был просто оплеван.
Почему никто не вспоминает следующий матч с Уэльсом на выезде? Он никому подозрительным не показался?
Что касается Валеры, то я от него не отвернулся и не отвернусь, потому что мы вместе играли. Ну а если что-то было, то бог ему судья. Я просто против того, чтобы крайним оставался один человек.
Мне вообще кажется, что здесь идет какое-то личное сведение счетов, которое превысило все разумные пределы. Правда, не знаю, кому это надо и зачем…

— Тебе приходилось принимать участие в договорных матчах?
— А ты как думаешь?

— Думаю, что да.
— Договорные игры бывают разные.

— Я имею в виду за деньги, а не распиливание домашних и выездных очков.
— Один раз. И я об этом очень жалею. Не буду объяснять все тонкости ситуации, могу сказать лишь то, что нас было восемь человек.
На самом деле я ярый противник подобных вещей, потому и говорю об этом вслух. Это как у одного руководителя недавно спросили: “Есть ли договорные игры в премьер-лиге?” — “Нет”. По этому ответу виден уровень руководителя, какой он честный и какой у нас чемпионат.

— Чего ты вообще паришься? Уверен, что из пресловутых восьми человек большинство забыли о том матче и их ничуть не терзают муки совести. А ты что, особенный?
— Какой я особенный? Просто делать этого не должен был, а по сути все и организовал. Предыстория такова.
Звонок в дверь. Приезжает игрок команды, которая вылетала. Заходит, мы с ним общаемся, и в процессе беседы он предлагает определенную сумму денег. Говорит, что трое в нашей команде деньги уже взяли, так что от меня ничего не зависит. Единственное, что удалось сделать, так это сплотить вокруг себя ГКЧП, и это уже не было так гнусно и мерзко, как могло быть.
Мы собрались и решили, что будем сдавать.

— А почему именно восемь?
— Имелись нюансы. Были возрастные игроки, которые никогда не пошли бы на это. А молодых можно было и не посвящать. Мы собрали костяк команды, который прошел весь сезон. Восемь сволочей… Нельзя было этого делать. В итоге все равно на меня подумали больше чем на кого-либо.

— Организаторам традиционно больше других достается.
— Так и должно быть. Вообще, это определенное искусство — сдавать игры. Это тоже надо с умом делать. В России хватает футболистов, сидящх на подобном крючке.
Сейчас расскажу случай, о котором никогда никому не говорил. В 19-летнем возрасте я ездил в ГДР. Тогда 300 рублей меняли, и они вдруг закончились, а я еще хотел двоюродной сестре туфли привезти. Показалось, что никто не смотрит, я их потихоньку стащил. А меня взяли за руку. Перепугался до смерти…

— Ну, это со многими спортсменами бывает, из одних только футболистов можно целую команду составить…
— Это был для меня урок на всю жизнь. Я никогда больше ничего не брал и не возьму. Потому что расплата за минутную слабость — когда кажется, р-раз — и ты можешь решить какие-то сиюминутные проблемы, всегда бывает гораздо серьезнее, чем мы можем себе представить.
В Казахстане работал. Играли с Актюбинском, к нам пришел их менеджер. Наш генеральный директор тоже сел рядом. Говорят мне: “В прошлом году тренер, который до тебя работал, отказался от нашего предложения и на этом погорел. Так что не повторяй чужих ошибок”.
Ну и предлагают отдать игру за деньги, а это уже мое дело, как все обставить в команде. “Мы тебе потом три игры подряд купим”. Я отказался. Потому что это безнравственно как по отношению к игрокам, так и к болельщикам. И прекрасно отдавал себе отчет в том, что с этого момента наживу кучу неприятностей. И действительно, били нас потом судьи так, что подобного беспредела вообще никогда не видел.
Знаешь, что самое неприятное было в том единственном матче, который я сдавал? Стыд перед теми, кто не знал. Они ведь всерьез играли… А деньги те все равно счастья не принесли.

— А я вот все думаю, почему вы тех троих не посвятили?
— Потому что среди них был футболист, который стопроцентно сказал бы “нет”. А когда один человек отказывается, то команда “договорняк” играть уже не станет.

— Святой, видно, был человек. Ты таких много в своей жизни встречал?
— Я думаю, есть команды, где такой вопрос не встает в принципе. Наверное, это киевское “Динамо”. Имею в виду проданные матчи, когда в этом участвует несколько игроков. А когда команды расписывают очки, то это в порядке вещей.

— Все как в обычной жизни… Все продается и покупается.
— А я вот не продаюсь. И жена моя не продается. И меня никогда не предаст. И родители тоже не предадут. Дети, надеюсь, такими же вырастут.

— Мне почему-то кажется, что с такой психологией трудно работать во второй российской лиге.
— Конечно, это не то, чего бы мне хотелось, но так складывается ситуация. После “Локомотива” я получил категорию “А” и могу тренировать клуб первого российского дивизиона. Но это непросто…

— Да понятно. Клубов мало — тренеров вагон. Надо в струю попасть.
— Нужно иметь поддержку, связи, чтобы кто-то тебя лоббировал. Получилось, что нашел место только во второй лиге. У Эдуарда Васильевича.

— Какой Малофеев молодец, не забыл минского динамовца…
— Это была не его инициатива. Они меня давно приглашали, и к Эдуарду Васильевичу я пошел, потому что знаю его как квалифицированного тренера, у которого можно многому научиться.

— Но вообще-то ты всегда считался человеком Бышовца. Это хорошо тогда, когда он в фаворе. При любом другом варианте все его враги автоматически становятся твоими.
— Ты правильно рассуждаешь. Как говорил Жванецкий: “Нельзя безнаказанно жить в Киеве”. И за работу с Анатолием Федоровичем расплачиваюсь не только я, но и Вася Кульков, который не может найти себе применение в родном “Спартаке”.

— А с другой стороны, у тебя много вариантов трудоустройства именно ввиду твоей чрезвычайно интересной карьеры игрока. Киев для тебя родной, Минск тоже, да и Питер чужим назвать никак нельзя… Везде знакомые и друзья…
— Ситуация и сейчас неплохая. Уверен, что та цель, которую я перед собой поставил, обязательно будет достигнута. Как, впрочем, и все предыдущие.
На самом деле хочется работать с теми, кто настроен что-то отдавать футболу, а не только брать. Хочется видеть людей с горящими, как у тех же борисовчан, глазами.

— Тогда вам повезло со специалистом, умеющим эти глаза зажигать. Малофеев — кто лучше него с такой ответственной задачей справится? Правда, хорошо бы ему еще и с собой для начала сладить…
— Мы как-то ехали с ним вместе, и он признался: “Да, раньше поддавал, а сейчас все”. И действительно, теперь нет никаких проблем в этом отношении. Во всяком случае, я его всегда вижу в нормальном состоянии.

— А ты сам как к этому делу?
— В этом плане я нормальный, никакой зависимости от спиртного у меня нет. Но я отлично знаю, что это такое, когда человек не может себя конт
ролировать и, что называется, плотно садится на стакан. Это беда и для него, и для окружающих.

— Да, много футболистов пострадало от “зеленого змия”…
— Это катастрофа для всей страны. Хотя с тех пор как на кону появились большие деньги, футболисты стали пить гораздо меньше. Только глупый человек сейчас сделает выбор в пользу такого сомнительного увлечения, как алкоголь.

— А ты заметил, что больше всего простые люди любят как раз тех, кто может наплевать на большие деньги и творить все, что душа пожелает?
— Так это раньше было… Кто там маячил в первых рядах: Пол Гаскойн, ну Гена Тумилович…

— Так за что же нам теперь футбол любить — смотреть, как миллионеры старательно собирают деньги на спокойную старость? Где живые люди, смелые высказывания без оглядки на свою, извини, задницу?
— К сожалению, я вынужден с тобой согласиться…

— Чьи интервью в прессе ты читаешь с большим удовольствием? Кто тебе симпатичен из нынешних фигур большого футбола?
— Тот, кто занимается делом. Слуцкий, например. Он говорит то, что думает, и анализирует то, что видит. От него не исходит ложь, он честный человек, умеющий признавать свои ошибки. И этим тренер “Крыльев” мне симпатичен.
А когда человек покупает ряд игр и команда удерживается в премьер-лиге, а он во всеуслышание заявляет потом, что оставил клуб в высшем дивизионе, то, извини за выражение, хочется блевать от такого спасения.
Но таких, как Слуцкий, мало. Гораздо больше людей, приходящих в команду и очищающих до нитки регион, который долго потом еще не может прийти в себя. Затем они перевозят всю труппу в другое место и снова начинают подрывную народно-хозяйственную деятельность.
Все это происходит от недостатка менеджмента. Везде нужен хозяин, который разбирается в футболе и прежде всего выстраивает систему, в которой нет места проходимцам и случайным людям…

— Короче говоря, в Борисове Капскому надо ставить памятник.
— Ну, не знаю как памятник, но он заслуживает всяческого уважения. Жалею только, что уровень чемпионата Беларуси будет немного прибивать все, что делает этот человек. Для того чтобы расти, нужно играть против сильных противников и на заполненных до отказа стотысячных стадионах. А мне сложно представить, какую мотивацию Кривец или Нехайчик смогут отыскать в Сморгони при 500 болельщиках.

— Мадридских или туринских воспоминаний обычно хватает на один-два матча, когда противник из чемпионата страны буквально разбирается по составляющим.
— Я помню, как мы после “Вердера” приехали в Речицу. Было такое чувство, что в гости к школьникам прибыли профессора. Мы творили с хозяевами все что хотели, и в их глазах я читал только одно желание — чтобы матч быстрее закончился. Так что я испытал эти контрасты на собственной шкуре. Все разом можно потерять, если не иметь регулярного спарринга с ведущими клубами Европы.

— А тебе для того, чтобы расти как тренеру, тоже нужен ведущий клуб, или в вашей профессии можно прогрессировать даже в середнячке?
— Тренерское ремесло все-таки имеет свои особенности. Можно прибавлять в КФК и деградировать в премьер-лиге.
Знаешь, больше всего меня восхищала киевская система. Она не давала сбоев и всегда приносила результат, но при этом никогда не считалась с личностями, подминая всех под себя. А я не человек системы и поэтому в команде своей мечты не сыграл ни одного матча, разве что только за дубль.
Ты не представляешь, чем для меня было киевское “Динамо”. Это как для верующего, наверное, Папа Римский. А потом я туда попал… Но это детское еще преклонение помешало мне стать там своим по-настоящему. Надо было отбросить магию имен и авторитетов, а я этого сделать не смог.

— Жалеешь о неиспользованном шансе…
— Ты знаешь — нет. Я долго размышлял по этому поводу и пришел к выводу: не остался там только потому, что должен был встретить Татьяну.

— Но ты встретил ее в Минске уже будучи женатым мужчиной и отцом двоих детей…
— Я ведь очень долго не мог уйти из первой семьи, потому что дети были маленькими. Да и вообще я не считаю, что ушел оттуда. Дети постоянно со мной, сыну сейчас 21, дочке 17, и они члены моей семьи.
Хватило мозгов вовремя понять, что жить вместе только ради детей нельзя. Я не хочу говорить что-то плохое про мою первую супругу, она тоже сыграла в моей жизни свою роль, но судьбе было угодно, чтобы мы с Таней встретились в Минске. И это главная встреча в моей жизни, а не с голландцами.
За время нашей супружеской жизни не было даже такого, чтобы я выпивал где-то вне дома. Если у нас есть какая-то ситуация, то мы решаем ее вместе. И это мне очень нравится. Так что Таня — это мой тыл и опора.

— Ты себя считаешь хорошим тренером?
— Я — тренер, созревший для больших дел. Мне этого не хватает, и я задыхаюсь без серьезной работы. Для тренера сегодня самое главное — контакт с игроками, объективное отношение к каждому, умение сделать коллектив, объединить и зарядить людей одной целью.
И когда я работал главным, то мне это удавалось. Если посмотреть с другой стороны, какой я для руководства, то… Недавно меня рассматривали на должность главного тренера одной из команд.
Президент сразу сказал: “Давай договоримся, что во время игры твоя трубка все время будет включена и в любое время я смогу позвонить и высказать свое мнение. Это не значит делать все, что скажу, просто будешь знать, что я думаю”.
Ну я и ответил, что если он хочет, чтобы мы стали всеобщим посмешищем, то я не против. Он аж взбеленился, мол, как же так — бабки получать из моих рук можешь, а в простом желании навстречу не идешь? Ну, естественно, в этом клубе я работать не стал, взяли другого. Правда, его уволили уже и заодно на прощание облили грязью. Вот и думаю, что для руководства я человек сложный и некоммуникабельный.

— Для нормального президента, по-моему, ты весь прозрачный и понятный.
— А где такого найдешь?
У нас в “Локомотиве” такие вещи творились — уму непостижимо. Спахич всю тренировку умышленно бьет по ногам новичка и тем самым инициирует стычку. Бышовец выгоняет юга, а когда занятие заканчивается, выясняется, что Спахич уже переговорил обо всем с Липатовым — председателем совета директоров — и чувствует себя абсолютно вольготно.
Какие рычаги воздействия на спортсмена могут быть у тренера в такой обстановке? На мой взгляд, президент должен общаться с игроками только в исключительных случаях. Если футболист через голову главного идет к руководству решать какие-то свои проблемы, это говорит о слабости системы управления в клубе. Ничего такая команда не выиграет. Если, конечно, все матчи не купит…
Раньше футболисты причины плохой игры искали в себе, а не в тренере. А сейчас крайним оказывается кто угодно, но только не сам игрок. Меня поразил этот факт, когда столкнулся с ним в “Локомотиве”. Абсолютное большинство футболистов именно так и думало.

— Неадекватные зарплаты испортили людей.
— Легкие деньги… Мне рассказывали историю о Гарри О”Конноре, который пришел в “Локомотив” простым парнем. Приподнявшись, он взял за правило возвращаться с тренировки очень простым способом, минуя знаменитые московские пробки. Просто выезжал на центральную разделительную полосу, которая считается правительственной, и смело по ней рулил.

— А милиционеры?
— На протяжении маршрута они останавливали его раз восемь. В каждом случае этот простой парень просовывал в окошко 1000 рублей и ехал дальше. Или еще пример. К одному из легионеров прикреплен водитель с автомобилем. В выходной день игрок вызывает машину, та добирается к нему через все московские пробки, футболист садится, проезжает 100 метров до ближайшего супермаркета, делает покупки и возвращается домой… “Спасибо, вы свободны.”
Когда я увидел, как в этом клубе деньги летят буквально на ветер, мне стало жутко.
Все неправильно, все поставлено с ног на голову. Мы только делаем вид, а на самом деле обманываем себя.
Для меня очень приятный показатель, что открыто попытался высказаться тренер Косогов из клуба “Волочанин”. Кстати, это в Питере было. Он начал объяснять, каким макаром в премьер-лигу вышел “Терек”. Естественно, доказать ничего не смог, и этого тренера оштрафовали на 100 тысяч рублей.
Но самое интересное — никто не сомневается, что Косогов сказал правду. Думаю, даже комиссия, которая занималась расследованием этого случая, понимала: тренер ничего не придумал. Что она могла ему посоветовать? “Дурачок, не говори этого прилюдно, на камеру…”

— Почему в России так всегда: если человек говорит правду вслух, то он обязательно дурачок?
— Ну а что? Думаю, для него 100 тысяч имеют значение. Человек потерял деньги, и к тому же его постоянно тягали на всякие заседания, отрывали от работы…

Мы молчим. О чем говорить, когда и так все ясно? Вечерний Невский за окном Серегиной квартиры будто подмигивает нам одним из своих бесчисленных сверкающих глаз: мол, ребята, да не занимайтесь вы ерундой. Так уж устроен человек, и все попытки бороться с его природой обречены на поражение. Так что будьте как все, чтобы, заработав “бабла”, сполна познать все радости жизни…
Но ведь странная штука: блеск огней уже не манит к себе так, как когда-то, и простые истины, открываемые где-то на четвертом десятке жизни, уже не кажутся нелепыми и смешными. И ведь действительно в жизни деньги ничего не решают, потому что за них нельзя купить самое главное — дружбу, любовь и просто уважение других людей.
Я благодарен Сергею за откровенность. И это не реверанс ободренного творческой удачей журналиста — в гробу я ее видел. Спасибо за правду, потому что без нее невозможно жить.
Мы и так уже заигрались в эту матрицу — с искусственными футболистами, командами и целыми чемпионатами, которые при желании тоже можно купить. Весь целиком или по частям. Всех нас в куче или каждого по отдельности. Вопрос только в цене.
Мне почему-то кажется, что он тоже думает об этом, герой Беларуси 1995 года, по странной иронии судьбы работающий сейчас в северной столице России вместе с другим героем — года 1982-го.
Нет, продаваться нельзя… И, словно продолжая мою мысль, наш герой рассказывает еще одну историю из не совсем далекого прошлого — из того же 95-го…

— Мы принимали дома чехов, а тем позарез нужны были очки. Я тогда в Израиле играл, и в Бней-Иегуду начали названивать руководители федерации и спрашивать, не обращался ли ко мне кто-нибудь с соответствующей просьбой. Я приехал в Минск, и слухи подтвердились: чехи в самом деле хотели купить у нас игру.
Действия главного тренера, а им тогда был Боровский, меня поразили. Он собрал нас в комнате, сказал: “Решайте сами” — и вышел.

— А вы?
— А что было решать? Мы же не из-за денег в сборную приезжали. У нас тогда, кстати, хорошая команда подобралась. Зыгмантович подъезжал из Испании, Метлицкий, Шуканов, Гуринович. Мы вышли и сыграли. Проиграли, правда, но в честной борьбе. Потому что родину продавать нельзя…

Серега вздыхает, и мы идем на кухню пить чай вместе с его главной — не голландской вовсе — победой в жизни…

Сергей Щурко, Прессбол