Футбольные факты

“Мне было очень тяжело, очень. Однако теперь я чувствую – то, что раньше мучило и угнетало, больше не может меня сломать. Когда ты достигаешь самой глубины страдания, ничто больше не может тебя испугать. Даже смерть. Как и все, я боялся ее, но после того, что я пережил, я больше не являюсь рабом страха или боли. Мы должны научиться в боли и страданиях находить сокровище, превращая их в ценный ресурс. Мы не имеем права давать ей раздавить нас” (Джанлука Пессотто, “Самый важный матч”).

Богатые тоже плачут. Плачут и богатые футболисты. Нам, простым смертным, иногда трудно их понять, как же: всемирная слава и успех достигнуты, красивые девушки кидаются на них толпами, дети и семья обеспечены на несколько поколений вперед и т.д. и т.п. Только вот мешок с деньгами не решает личностных проблем человека, а очень часто и вовсе добавляет – под влиянием прессы и болельщиков требования к себе многократно возрастают, а внутренней силы и характера, чтобы справляться с прессингом, хватает далеко не всем и не всегда. Вот и получается, что те, кто поглупее (в футболе – большинство) – отправляются в неконтролируемый загул; те, кто поумней (меньшинство) – начинают копаться в себе и иногда не находят выход… Ко второй категории принадлежал Агостино Ди Бартоломеи, который читал Достоевского, а потом в один до ужаса прекрасный вечер выстрелил себе прямо в сердце. Таким был и экс-футболист Ювентуса с юридическим образованием, почитатель Достоевского с Шопенгауэром по прозвищу Профессорино.

Жизнь первая

Джанлука Пессотто родился 14 августа 1970 года в небольшом городке Латизана, что в 37 км на юго-запад от Удине. Родился в обычной, ничем не примечательной, семье, разве что только тем, что оба ее отпрыска – Джанлука и Ванни – были поведены на футболе и все время проводили на небольшом поле в курортном городке на берегу моря Линьяно Саббьядоро, в котором прошло их детство.

Если карьера Ванни, по большому счету, не сложилась, ибо он так и не дебютировал в Серии А, то футбольная судьба Джанлуки напоминает ступеньки, по которым он взбирался шаг за шагом с самого низа и на самый верх. Начинал он в детско-юношеском секторе Милана, откуда его отправили в Варезе из Серии С2 (64 матча, 1 гол) набираться опыта. Потом – С1 в Массезе, где он 22 матча и 1 гол. После вполне позитивного опыта в Серии В с Болоньей и Вероной, Джанлуку, наконец-то, заметили в Серии А. Заметил Торино, в составе которого Пессотто дебютировал в высшем итальянском дивизионе 4 сентября 1994 года в домашнем матче против Интера.

Пессотто: “Нерадзурри выиграли тогда 2-0, но, в целом, чемпионат был очень успешным для нас. Мы выиграли оба дерби и были единственной командой, которая два раза обыграла Ювентус. Этот сезон стал решающим в моей карьере еще и потому, что тренер Торо Сонетти перевел меня на позицию левого защитника, на которой я впоследствии добился успеха. От природы я правша, хотя и пишу левой рукой. Тогда было мало хороших игроков-левшей. Тот же Паоло Мальдини – правша, который прославился как левый защитник. Проблема левого защитника была актуальна и в Торино, Сонетти решил ее, переведя меня на эту позицию с правого фланга полузащиты. Такой себе знак судьбы”.

Тренер Ювентуса Марчелло Липпи, впечатленный выступлениями футболиста из Фриули в дерби делла Моле, настойчиво требовал приобрести Пессотто для своей команды, что и было сделано. Казалось бы – вопиющее предательство, но, как ни странно, многие торинези не испытывали к Джанлуке ненависти, учитывая его скромность и корректность, а когда произошло то, о чем будет сказано чуть позже, желали Пессоттино скорейшего выздоровления, столь же искренне, как и ювентини.

В составе самого популярного и титулованого клуба Италии Джанлука провел более десяти лет, сыграв 366 матчей, а потому собрал приличную коллекцию трофеев: четыре скудетто (минус два триколора по итогам Моджигейта), Лига Чемпионов, Суперкубок Италии, Суперкубок УЕФА, Межконтинентальный кубок… Неплохо для футболиста, мечтавшего просто поиграть в Серии А, не так ли?

Особенно памятной и важной стала победа в Лиге Чемпионов 1996 года против Аякса, в которой бьянконери очень нуждались после обагренного кровью Кубка на Эйзеле. Один из послематчевых одиннадцатиметровых, приведших к триумфу, реализовал как раз Пессоттино, также как и на Евро-2000 в фантасмагорическом полуфинальном поединке с голландцами, в котором Италия праздновала победу благодаря чуду по фамилии Тольдо. Кстати, на том европейском форуме Джанлука мог даже стать героем нации – ведь именно после его передачи Дельвеккио вывел Италию вперед в финале против Франции, однако на это не было воли Божьей (если так можно назвать взаимодействие множества переплетающихся причин): за 20 секунд до свистка Сильвен Вильтор счет сравнял, а будущий партнер по команде Давид Трезеге провел Золотой гол…

Хотя Пессотто никогда не был одним из тех зрелищных футболистов, на которого молились бы болельщики, он оставался непоколебимым игроком основы Ювентуса вплоть до сезона 2001/02, делая свой постоянный, но порой незаметный вклад в победы. А потом, в товарищеском матче перед мундиалем 2002 года против Уругвая, Джанлука серьезно травмировал колено – и вместо основы Скуадры Адзурры, он получил полгода в лазарете. Пока выходец из Фриули лечился, нежданно-негаданно на левом фланге обороны бьянконери выстрелил другой Джанлука – Дзамбротта, и возвращаться ему было просто некуда. Постепенно наш герой прочно переместился на скамейку запасных, откуда продолжал служить Старой Синьоре верой и правдой до завершения карьеры в 2006 году. Ювентус оценил старания Пессотто и назначил его на должность менеджера команды, которую до него занимал Алессио Секко.

За долгие годы игровой карьеры Пессотто, прежде всего, запомнился своим спокойствием, уверенностью и образцовой корректностью. Достаточно вспомнить один-единственный эпизод для примера: ювентини теряли скудетто в матче с Перуджей в 2000, шли последние минуты встречи, Коллина назначил несправедливый аут в пользу бьянконери – и Джанлука, вместо того, чтобы вбросить мяч и броситься вперед, указал арбитру на его ошибку и отдал мяч соперникам…

Поворотный момент

Утром 27 июня 2006 года Пессотто выпал (выбросился?) из окна последнего этажа клубного офиса Ювентуса, держа в руках чётки для молитвы. Пролетев 10 метров, он ударился о две машины (повезло, что не о землю!) и остался лежать на стоянке между ними, получив множественные травмы и переломы. О том, что это попытка самоубийства, а не просто несчастный случай, полиция сделала вывод из динамики происшествия, восстановленной по показаниям свидетелей. Позже Джанлука объяснял все довольно витиевато, а итальянская пресса в кои-то веки не стала давить и резать по живому: “Считаю, что это был несчастный случай, потому что я был не я, я не действовал осознанно, я ничего не помню, но раз это произошло, значит, это часть меня…”

Узнав о случившемся, Фабио Каннаваро мгновенно прервал пресс-конференцию, и вместе с Дзамброттой, Феррарой и Дель Пьеро, получил разрешение покинуть расположение сборной Италии, в то время принимающей участие в немецком мундиале, и отправился в туринскую больницу Ле Молинетте. Джанлука перенес две операции, но тогда еще никто не мог сказать с уверенностью – выживет он или нет.

Скуадра Адзурра Липпи, с которым Пессотто добивался самых значительных своих успехов, продолжала поддерживать его – находящегося между жизнью и смертью: после победы над сборной Украины 3-0 в 1/4 финала игроки вывесили плакат “Пессоттино, мы с тобой!”, а общую победу на турнире Каннаваро и Дель Пьеро посвятили также и Пессотто, кинувшись к нему в палату с Кубком мира…

К счастью, старания туринских врачей увенчались успехом, и 17 июня они объявили, что жизни team manager’а Юве ничто не угрожает. В сентябре Джанлуку перевели в другую больницу, в которой он полностью вернулся к жизни, а в январе он впервые появился на телевиденье со словами: “Я словно родился заново. Хочу начать все сначала с той же целеустремленностью, которая была у меня в детстве”.

“Самый важный матч”

В мае 2008 года Джанлука Пессотто выпустил автобиографическую книгу “Самый важный матч”, в которой, при содействии журналистов Донателлы Скарнати и Марко Францелли, рассказал о своей футбольной карьере, о личностном кризисе, о трагическом происшествии, о том, как впервые пришел в себя после трагедии и как начал заново обретать радость в жизни.

Только выйдя из комы, Пессотто увидел рядом с собой два рисунка своих дочерей Бенедетты (5 лет) и Федерики (10 лет): “На одном листке были четыре сердечка, нарисованные Бенедеттой: мамино – большое и красное, папино – тоже большое, но синее, рядом с ними два сердечка поменьше – ее и старшей сестры. Федерика же нарисовала мой портрет, портрет мамы и свой в окружении целого поля цветов и яркого светящегося солнца”. Дочери, жена Реана, любовь.

С первых страниц книги перед читателями предстает картина того, как Пессотто впервые пришел в себя, не понимая, что с ним произошло, и как он оказался в том жалком состоянии. Его окружала пустота и кромешная тьма, но рядом была семья, заботливые врачи, взволнованные партнеры по команде: слезы Паоло Монтеро, примчавшегося из самого Уругвая, который так похож на Джанлуку по своей чувствительности и так непохож по темпераменту; неподдельные чувства Алессандро Дель Пьеро, который вместе с верной подругой Соней Аморузо, вытирали пот, струившийся по лбу больного друга… Многочисленные звонки по телефону, сообщения, пожелания скорейшего выздоровления…

Футболисты Скуадры Адзурры принесли только что выигранный Кубок Мира к нему в палату, спровоцировав у Пессотто сильные эмоции и повышение температуры. Джанлука не может объяснить, что именно произошло с ним в тот день: “Со мной были мои чётки, я вытащил из сумки мобильный телефон, ключи от машины, ноутбук и сложил все аккуратно на подоконнике, рядом с выходом на чердак. Никогда раньше я чувствовал себя таким. Опустошенным”.

Рассказ о самой трагической истории своей жизни Пессотто оставил на последние главы, до этого рассказал совершенно обычную историю – историю о добром, интеллигентном, серьезном парнишке из хорошей семьи, о способностях к футболу, выборе в пользу школы Милана и переезде в Милан в 14 лет с папой Ремиджо. О болезненном разрыве с семьей, о пролитых слезах, об одиночестве: “Этапы моей жизни можно коротко описать следующим образом: небольшое поле рядом с домом в Линьяно, горькие слезы в Милане, подростковый кризис и одиночество в футбольном колледже, а потом неожиданное восхождение на вершину”.

Немало Пессотто рассказал и о клубе своей жизни – собственно после выхода из комы его второй вопрос, после дочек, был как раз о том, как обстоят дела у бьянконери: “Ювентус отображает мое мировоззрение и образ жизни. Несмотря на то, что я играл в одном из самых сильных клубов мира, главной его характеристикой была сдержанность: чрезмерный восторг и излишества не допускались, ни в хорошие времена, ни в плохие”. Однако за этой знаменитой сдержанностью пряталась хрупкость, которую часто принимали за силу и стойкость. Поэтому Липпи и Капелло без задней мысли усаживали Джанлуку на скамейку со словами: “Ты же понимаешь…” Он понимал, конечно, но страдал от этого не меньше, как страдал из-за допинг скандалов или Кальчополи…

Злые языки утверждали, что у Джанлуки семейные проблемы, что он расстается с любимой женой Реаной, с которой он познакомился еще в бытность игроком Варезе, на что отвечать приходилось уже ей: “В прессе пишут много неправды о нас. Да, мы поссорились, но случилось это, потому что Джанлука не брал отпуск уже полтора года, очень уставал, мало спал. Мы уже организовали трехдневную поездку с дочками, когда он позвонил и сказал, что у него неотложное дело для Ювентуса. У нас дома царит спокойная атмосфера, а мелкая ссора из-за отпуска – обычная вещь в семье, из-за которой никак не может произойти то, что произошло. В последнее время он был очень грустным, все больше замыкался в себе, страдая из-за окончания игровой карьеры. Джанлука ездил по делам в расположение сборной, где встретил своих партнеров – ему было очень нелегко пребывать с ними по разные стороны баррикад. Вообще, новая должность заставляла его нервничать, он всегда боялся футбольного мира вне раздевалки, боялся, что окажется не на уровне. Наверное, Джанлуке не стоило сразу садиться за письменный стол, у него ведь было достаточно предложений, чтобы еще поиграть в футбол. Однако он пошел на это из любви к Ювентусу”.

Жизнь новая

Летом этого года Федерация футбола Италии признала “Самый важный матч” книгой года и присудила ее авторам специальную премию. Скорее всего, потому что эта книга основывается на опыте человека, соприкоснувшегося со смертью и научившегося ценить жизнь, который, в свою очередь, хочет поделиться этим своим открытием с другими.

“В своей “первой” жизни у меня было чувство, что я не принадлежу этому миру; теперь же я вернулся. Я заново переродился и хочу уделить внимание тем мелочам, на которые раньше не обращал внимания. Я чувствую себя ребенком, который впервые увидел свет и с удивлением ищет смысл во всем. Я чувствую подлинную радость от того, что живу, все вокруг заставляет меня испытывать новые эмоции”.

Новые эмоции Пессотто будет где черпать – ведь этим летом он был переведен на должность ответственного за организационные вопросы в юношеском секторе Ювентуса. В том самом секторе, из которого недавно вышли Джовинко, Маркизио, Де Челье и Арьяудо и в котором и сейчас полно других талантливых ребят.

Пессотто больше не боится, что он не сможет: “Я действительно счастливый человек, потому что сбылись все мои мечты. Когда я еще активно выступал, если бы меня спросили, чем бы я хотел заниматься после завершения карьеры, я бы ответил, что хотел бы поработать менеджером команды, а потом уйти в юношеский сектор. У меня все это получилось в нужный момент: первую должность я получил тогда, когда было важно постепенно оставить футбольное поле, теперь же я готов посвятить себя молодежи, в которых я вижу будущее”.

Пессотто теперь знает, что судьба была очень щедрой к нему, подарив второй шанс на жизнь, подарив ему будущее, и он сделает все, чтобы ее не разочаровать.

Яна Дашковская, специально для Calcio dello Stivale

В мексиканском футболе вратарь это не просто игрок, обязанностью которого является защищать свои ворота, то есть не давать команде противника забить гол.

Мексиканский вратарь - это в первую очередь артист (иногда клоун). Фигура, притягивающая к себе взгляды зрителей, заставляющая хвататься за головы или восторженно подрываться с места и неистово аплодировать после выдающегося акробатического прыжка или отбитого пенальти.

Иногда складывается такое впечатление, что мексиканские болельщики не так восторженно воспринимают красивые дальние удары, финты и даже голы, как полеты “портеро”, завораживающие их своей красотой и изяществом. Талантливых киперов в Мексике всегда было в избытке. Наверное, в силу все той же особенности этой позиции на поле. Мексиканские мальчишки в детстве мечтают быть не только “уго санчесами”, “бланко” или “эрнандесами”, но и “хорхе кампосами” или “освальдо санчесами” и место в воротах получает самый достойный, то есть самый прыгучий в первую очередь.

Рост, физические кондиции – это второстепенно. Главное – реакция и умение летать из угла в угол. Самый распространенный рост мексиканского вратаря – 1, 80 – 1, 85 м. Но если даже ты вырос всего на 1, 63 м. – не беда. Столь ничтожный для вратаря рост не помешал великому Хорхе Кампосу сыграть больше 100 матчей в сборной и стать настоящей легендой.

Каждый кипер мексиканской футбольной лиги пытается как-то выделиться, создать свой стиль, по которому его узнают даже без номера на свитере. Прически, самые неожиданные расцветки амуниции, необычная манера ловить мяч, разнообразные фокусы, иногда даже клоунские ужимки… Фактически все мексиканские вратари в той или иной мере пижоны. Кто-то больше, кто-то меньше, но по-хорошему выпендриться хочет каждый. Наверное, так сложилось исторически.

Если вспомнить великих мексиканских вратарей прошлого, то, безусловно, стоит сказать о великом Антонио Карбахале, участнике пяти чемпионатов мира. Но если вести речь о том кто стал первым “необычным” вратарем в Мексике, то тут стоит вести речь скорее о сменившем его в воротах сборной Игнасио “Эль Куате” Кальдероне. Этот кипер, проведший почти всю свою карьеру в Чивасе отличался не только великолепной реакцией и прыгучестью, но и склонностью к артистическим действиям. Даже довольно простой удар он старался отразить так, чтобы сорвать аплодисменты болельщиков.

В следующих поколениях вратарей были не только продолжатели традиций Кальдерона, но и создатели своего нового стиля – стиля вратаря-клоуна, который не просто срывал аплодисменты, но и веселил публику. Речь идет в первую очередь о знаменитом Хорхе “Попугайчике” Кампосе. Вот уж кто может по праву носить звание “пижона №1″ не только в мексиканском, но и в мировом футболе. Выделиться Кампос пытался любым возможным способом – дикие раскраски вратарской амуниции, клоунские повадки, игра на позиции нападающего (Хорхе забил больше 30 мячей не со штрафных и пенальти, а с игры). Да и сам по себе вид Кампоса располагал к запоминающемуся образу вратаря-летуна. Смешной по вратарским меркам рост сразу же заставлял посмотреть на его действия с интересом. А посмотреть было на что и кроме “выпендрежа”. Кампос летал, как колибри, вытягивая порой просто невероятные мячи. Хотя и подводил команду часто. Надежность и Кампос – это несовместимые понятия. Играть с таким кипером на воротах – что сидеть на пороховой бочке с сигарой. Но зрители его боготворили, да и сам Кампос все же чаще выручал, чем подводил.

А что же современная Мексика? Есть ли в ней новые Карбахалы, Кальдероны, Кампосы? О, скажу я вам – есть, в более чем достаточном количестве. Просто россыпь великолепных талантов. Таким образом, выбор основного кипера сборной Мексики в любом случае оставляет кучу недовольных, ибо у каждого вратаря есть свои поклонники, которые считают именно своего кумира самым достойным, а тренера сборной – ничего не понимающим болваном. Все эти киперы - представители самой что ни на есть классической мексиканской школы – прыгучие, не высокого роста с отменной реакцией. Ну и соответственно не такие стабильные, как бы того хотелось тренерам. Возможно, поэтому в некоторых клубах играют легионеры. Например, великовозрастные аргентинец Эрнан Кристанте из Толуки и колумбиец “Кондор” Калеро из Пачуки. Хотя и их назвать эталоном надежности сложно.

Если же говорить о киперах “новой волны”, то стоит выделить Гильермо Очоа из Америки, Луиса Эрнесто Мичела (Чивас), Йосгарта Гутиэрреса (Крус Асуль), Мойсеса Муньоса (Морелия), Хонатана Ороско (Монтеррей). Не стоит забывать и об Оскаре Пересе (Тигрес) и Освальдо Санчесе (Сантос Лагуна), но они уже фактически доигрывают.

На мой взгляд, самыми перспективными и интересными являются Очоа, Мичел и Йосгарт Гутиэррес. О них и пойдет разговор.

Самым известным в Европе является Гильермо Очоа, вратарь Америки и сборной Мексики. Это главная звезда не только одной из самых популярных команд Мексики, но и всего чемпионата. В 18 лет Очоа, воспитанник Америки, дебютировал в клубе, заменив травмированного ветерана Адольфо Риоса, и очень понравился болельщикам команды. Но когда Риос вернулся в строй, тренер команды знаменитый аргентинец Оскар Руджери снова отправил Очоа в запас, что вызвало недовольство зрителей. Но довольно скоро Руджери покинул команду и Очоа стал полноправным первым номером Америки.

В дворовом футболе часто хорошего вратаря называют “вратарь-кошка”. Так вот это определение очень подходит Гильермо. Невысокий (1,83 м), прыгучий вратарь с очень необычной техникой игры. Когда нападающий соперника пытается переиграть Очоа в “ближнем бою”, то тот не только максимально по гандбольному разбрасывает ноги, но и, как кот прыгающий на добычу, растопыривает пальцы-когти и у соперника остается крайне мало простора для маневра. Кроме того стоит отметить, что Очоа очень часто отбивает мячи одной только ладонью, что позволяет ему совершать просто сумасшедшие сейвы после дальних ударов.

С реакцией у Гильермо тоже все в порядке. Недаром он славится, как большой мастер отражать пенальти. Когда в его ворота назначают одиннадцатиметровый, то еще не факт что нападающий даже попав точно в угол реализует его.

В летнее межсезонье ходили слухи об интересе к его персоне нескольких европейских клубов, в частности английского Эвертона, но Очоа пока решил остаться в Америке. Тут стоит сказать о том, что мексиканские игроки вообще крайне неохотно покидают пределы родной страны. Действительно, стоит ли ехать куда-то в поисках того, чего и дома в избытке. Слава и деньги? Любовь болельщиков? Полные стадионы? Все это есть в Мексике. Америка – очень богатый и популярный клуб, что-то наподобие Реала в Испании. А то что Очоа не получит признания европейских болельщиков, он как-то переживет.

Хотя стоит сказать, если кто-то из мексиканских вратарей больше всего подходит для игры в Европе, то это, безусловно, Гильермо. Думаю, он все же рано или поздно попробует свои силы. Скорее всего, для удовлетворения интереса и амбиций.
Если мы уж заговорили о вратаре Америки, то сразу же стоит уделить внимание и антагонистам “американцев” - Чивас. Ворота “козликов” защищает не менее харизматичный и интересный вратарь – Луис Эрнесто Мичел.

Ему уже 29, но основным кипером Чивас он стал только в последние два сезона. До этого воспитанник скромного Тапатио находился за спиной кипера сборной Мексики Освальдо Санчеса. Когда “Сан-Освальдо” покинул клуб Мичел смог доказать, что он лучше второго на тот момент кипера Альфредо Талаверы и “отправил” его в Тигрес.

Мичел - все тот же невысокий, прыгучий тип мексиканского классического вратаря. К этому стоит добавить его хитрость и отважность. Мичел бросается под самые сильные удары не зная страха, летает не хуже Очоа и Кампоса, а когда надо может придумать какой-то фокус, чтобы вывести из равновесия соперника. Например, в серии пенальти финального матча Интерлиги (турнира за право играть в Копа Либертадорес) против Морелии Мичел перед выполнением решающего пенальти долго завязывал шнурки прямо во вратарской, а затем так же неспешно натягивал перчатки. Получил желтую карточку, хитро улыбнулся и тут же отбил удар перегоревшего игрока Морелии. А в минувшей Апертуре он пропустил некоторое время из-за двойного перелома руки, который получил неудачно приземлившись после очередного полета.

Стоит сказать, что именно в Чивас играл знаменитый Игнасио Кальдерон и его синий свитер надолго остался в памяти болельщиков. К цвету вратарских свитеров в Мексике относятся с особым вниманием. Например, тот же Мичел, когда играл в красном свитере получил прозвище “El Diablo” (Дьявол), а после того как сменил его на черный - стали называть “черным рыцарем” (El Caballero Negro). Он еще и в белом иногда играет.

Так вот о свитерах. Синий свитер Кальдерона – это как символ, святыня, получить которую мечтали многие поколения “портеро” Чиваса, но старик постоянно отказывал всем соискателям, говоря о том, что не пришел еще тот день, не увидел он еще в воротах “козликов” своего приемника. И вот после январских матчей Интерлиги “Приятель” сам написал письмо в клуб и выразил желание вручить собственноручно свой свитер Мичелу, как самому достоянному “кабальеро”. Когда происходила церемония Луис Эрнесто явно выглядел довольным и смущенным и даже чуть не пустил слезу. Он признался, что не ожидал такой чести.

Выбор Кальдерона в чем-то, конечно вызван и возрастом (деду уже под 70, время идет, а наследника все нет), но в то же время и нельзя не отметить действительно харизматичность вратаря Чивас. Улыбчивый, всегда спокойный парень смог влюбить в себя торсиду “козликов”, что не удалось до конца даже Освальдо Санчесу, вратарю сборной Мексики, пришедшему в клуб из Америки, что являлось редкостной смелостью.

Ну а если уж говорить о прямом наследнике Кампоса, то тут как никто другой подойдет Йосгарт “Йогурт” Гутиэррес, вратарь Крус Асуль. Этот кипер, так же как и Мичел долгое время сидел на банке под другой легендой мексиканского футбола – Оскаром Пересом, главным конкурентом Освальда Санчеса в сборной. Йосгарту уже 27 лет, но в основе он только второй сезон.

Наверное, сидение на скамейке и отсутствие внимания зрителей, так утомило этого парня, что когда он получил свой шанс, то показал себя в лучших традициях Хорхе Кампоса. Для него даже самый легкий мяч – повод показать свою прыгучесть и реакцию. Он каждую минуту играет для зрителей. Самое удивительное, что Йосгарт то, как раз единственный из мексиканских вратарей, кто не обделен физическими данными - рост под 1,90 м, длинные руки, отличная реакция. Но излишнее желание “выпендриться” вкупе с неумением играть на выходах (что впрочем свойственно почти всем мексиканским, да и латиноамериканским киперам вообще) и не самой лучшей координацией движений очень часто играет с ним злую шутку. Йосгарт – сама нестабильность. Он может как сам в одиночку вытянуть даже самый мертвый матч (как например было во втором финальном матче Апертуры против Толуки), так и своими ошибками погубить все усилия команды.

Но в те моменты, когда он на высоте – Бог. И за это ему многое прощается. Полеты от штанги до штанги чередуются с выпаданием мяча из “дырявых рук” и героическими попытками отобрать его в ногах у игроков соперника (часто успешные), фантастические сейвы следуют за “хлопанием в ладоши” на выходах.

До сборной Йосгарту еще конечно же далеко (с такими то конкурентами), но все же стоит отметить то, что этот кипер не оставляет равнодушным никого. Сторонним наблюдателям матчи с его участием одна радость, что не всегда можно сказать о болельщиках Крус Асуль. Но если сделать поправку на то, что это Мексика, и зрелище тут главнее результата, то, думаю, они тоже в обиде не остаются.

В общем, выбор у Свена-Горана Эрикссона (тренера сборной Мексики) велик. Пока он делает ставку на опытного Санчеса и более стабильного Гильермо Очоа, но к Мичелу ему тоже стоит присмотреться. Ведь недаром ему вручил свой свитер сам Игнасио Кальдерон!

Сергей Бабарика, специально для Football.ua

Его внезапный отъезд в «Тоттенхэм» многих настроил на скептический лад: жидковат, мол, для самого мощного в мире чемпионата. А он словно и не знает такого слова «адаптация», забивает и забивает: уже 12 голов в 26 играх. Так и в России-то у него не всегда получалось!

Как живется бывшему спартаковцу в респектабельном Лондоне, как играется в составе «шпор»? Звоним герою…

«МНЕ ЕЩЕ РАСТИ И РАСТИ…»

– Роман, вы же общительный человек, но у многих российских журналистов сложилось мнение, что после переезда в Англию вы очень неохотно стали давать интервью. Что случилось?

– Ничего особенного не произошло. Я понимаю, что общение с прессой – часть моей профессии, но такого внимания к своей персоне, как сейчас, я не испытывал никогда! Каждый день звонят журналисты из спортивных и неспортивных газет, журналов, радиостанций. У меня такое ощущение иногда складывается, что, кроме меня, обсуждать в России сейчас больше нечего, – в трубке слышен смех. – Это все отнимает сил чуть ли не больше, чем тренировки. Даже когда я играл в «Спартаке», клубе, который все время находится под пристальным вниманием публики, и то чувствовал себя посвободней.

– Ну а что же делать, если вы постоянно привлекаете к себе внимание. То «Тоттенхэм» за уши в финал Кубка английской лиги вытащите, то гол-красавец «Манчестер Юнайтед» отгрузите.

– Честно сказать, совсем не чувствую себя героем. Не думаю, что я сделал что-то особенное. Забивать – моя обязанность. Получается – хорошо. Тем более что я смотрю, какие люди играют тут в Англии, и понимаю, что рядом с ними я совсем не великий. Мне еще расти и расти.

– Вот вы признаетесь, что вам есть куда расти, а сами недавно довольно резко отозвались о Евгении Ловчеве и Юрии Севидове, критиковавших вас в российской прессе.

– А как мне о них отзываться? Я еще не успел сыграть ни одного матча в Англии, а Ловчев уже рассуждал, что я никогда там ничего не добьюсь, смешивал меня с грязью. Говорил в адрес «Тоттенхэма»: да кого вы купили?! Севидов регулярно поливает меня и других игроков, дает советы тренерам. Я думаю, если спросить о выступающих в наших СМИ так называемых «футбольных специалистах» вообще, то девять из десяти игроков будут со мной согласны.

– Ладно, критики критиками, но ваш гол в ворота «МЮ» в Кубке страны получился просто на загляденье. Вряд ли вы отрабатываете на тренировках удар головой в падении.

– Там другого варианта пробить не было. Мяч шел на такой высоте, что можно было ударить только головой, нырнув «рыбкой». Да еще сбоку летел громадный Видич, который снес бы меня, не посмотрев, что я его приятель. По большому счету, повезло, что получилось пробить так удачно, а мяч пролетел мимо вратаря.

– Расстроились, что не удалось выиграть матч, в котором вы так удачно открыли счет?

– Ну конечно, обидно. Тем более, шансы у нас были. «Манчестер Юнайтед» – великая команда, но и ее можно побеждать.

– Интересно, что вам сказал после игры ваш бывший партнер по «Спартаку» Неманья Видич, которого вы переиграли, забивая мяч?

– Поздравил с хорошим голом. Вида – добрый парень. Спросил: «Силы еще остались?». Я ответил, что есть чуть-чуть. Он рассказал, как два года назад в свой первый сезон в Англии после перехода из «Спартака» сразу 25 матчей сыграл. Говорит: «Совсем немножко не умер». А сейчас адаптировался – и все в порядке.

– Не забыл, значит, Видич русский язык?

– Нет, хорошо говорит. Да он и в «Спартаке» почти как русский разговаривал.

– Вам еще представится возможность взять у «Манчестер Юнайтед» реванш. «Тоттенхэм» 1 марта сразится с «МЮ» в финале Кубка английской лиги…

– Да, и у нас еще есть целый месяц. Успеем, я думаю, подготовиться серьезно. Вряд ли кто-то будет спорить, что это одна из самых сильных команд не только в Англии, но и в Европе, поэтому придется непросто.

«МЫ ВИСЕЛИ НА ВОЛОСКЕ»

– Правда, что после ответного полуфинала с «Бернли» болельщики «Тоттенхэма» предложили установить вам памятник перед стадионом?

– Смеетесь, да? Какие памятники? Подумаешь, один гол забил! Вот в финале забить победный гол – это серьезно будет! А пока никакой я не герой. Полдела только сделали, еще один шаг остался.

– То есть меньше, чем на победу в турнире, вы уже и не согласны?

– Любая команда будет изо всех сил биться за титул. Здесь в Англии все сражаются до последнего, вы сами видели, что творил «Бернли».

– Как так получилось, что, выиграв у этой скромной команды – середняка первого дивизиона – в домашнем матче 4:1, «Тоттенхэм» умудрился проиграть основное время ответной встречи 0:3?!

– Думаю, весь вопрос в психологии. Приехали в гости после крупной победы, вышли на поле уверенные, что три мяча точно не пропустим. Вот и доигрались. «Бернли» – хоть и не «Манчестер Юнайтед», но очень крепкая команда. У нас с ними и в домашней встрече то же самое было. Ходили весь первый тайм по полю, проигрывали к перерыву 0:1. Пока Рэднапп не дал взбучку в раздевалке, не очнулись.

– К слову, вы знали про все тонкости регламента Кубка английской лиги? Ведь если бы после дополнительного времени счет остался 3:0 в пользу «Бернли», «Тоттенхэм» вылетел бы…

– Понятия не имел! Мне когда объяснили после игры, на каком волоске мы висели, я в шоке был. Считал, что если счет после дополнительного времени останется 0:3, то пенальти будем бить.

– Кроме забитого мяча, вы там еще и голевой пас выдали шикарный…

– Ерунда! Думаю, кстати, что в российской премьер-лиге в половине матчей такой пас не прошел бы. Либо в грязи мяч застрял бы, либо из-за кочек не долетел бы до партнера. Но на английских газонах таких проблем не возникает.

– Что Рэднапп сказал после матча?

– В целом доволен был, но и пожурил слегка – мол, футболистам «Тоттенхэма» нельзя так играть. При всем уважении к противнику нельзя проигрывать команде первого дивизиона 0:3.

«А ТАМ ТАКАЯ ШИШКА!»

– В следующем матче с «Портсмутом» вас после жесткого подката унесли с поля на носилках. Говорили, что травма может оказаться очень тяжелой, но прошло всего три дня, и вы вернулись в состав.

– К счастью, все обошлось, но когда тот парень мне треснул, был уверен, что перелом – это как минимум. Такая боль была, что я глаз открыть не мог. Спросили: продолжать сможешь, а мне ответить даже тяжело. Разорвали гетру – там такая шишка! И кровь ручьем льется! Повезло, что удар вскользь прошел. Если бы прямым попал, нога сломалась бы точно!

– Сильно, значит, лупят по ногам защитники в Англии…

– Не церемонятся – это точно. Только мяч к тебе пришел, сразу сзади – ба-бах! Тут они все фактурные ребята и не стесняются приложить нападающего, как следует. Хотя в России тоже есть такие игроки, к которым и подходить не хочется – только и норовят в кость сыграть. Но что делать? Работа у нас такая…

– В четверг у вас один матч, в субботу – другой, во вторник – следующий. Откуда силы берете в таком графике играть?

– График тут действительно жесткий. А ведь я еще двадцать туров в России отбегал, чемпионат Европы провел, теперь вот в Англии через каждые три дня на поле выхожу. Очень устал, если честно, и до конца сезона далеко… Но опять-таки – других вариантов нет. Буду держаться. Молодой еще – сил должно хватить!

– Намеченную планку в 20 забитых мячей за сезон нет желания опустить?

– Не в моих принципах отступать. Да и не кажется мне, что 20 мячей – это что-то нереальное. Я забил 12 голов, так что все, можно сказать, идет по плану. Если не потеряю темп – справлюсь, норму выполню.

«ОЧЕНЬ ХОЧЕТСЯ БЫТЬ ПОЛЕЗНЫМ СБОРНОЙ»

– Что говорят в Англии про возможный переход Кака в «Манчестер Сити» за бешеные деньги?

– Люди в шоке! Я слышал интервью президента «Фулхэма». Тот вообще сказал, что федерация футбола должна запретить этот трансфер. Мол, сумасшедшие деньги не пойдут на пользу английскому футболу. Ну, это действительно безумие какое-то! Сто двадцать миллионов фунтов за футболиста! С ума сойти…

– А про другой потенциально громкий переход что говорят? Про Аршавина в «Арсенале»?

– Ой, меня каждый день про это спрашивают! Я уже слышать про это не могу! Он уже полгода переходит, я давно бросил следить за этой эпопеей.

– Вы в курсе, что если Аршавин договорился бы с «канонирами», то его дебют в Англии мог прийтись на матч против вашего «Тоттенхэма» 8 февраля?

– Правда? Понятия не имел! Но поблажек от меня он в любом случае бы не дождался.

– То есть пасовать ему по старой памяти не стали бы?

– Нет уж – это не сборная России, тут каждый за свою команду, – форвард смеется.

– Кстати, о сборной. Правда, что вы сами не захотели ехать на сбор в Турцию?

– Я разговаривал об этом с Бородюком. Просил, чтобы меня не вызывали. Рад, что ко мне прислушались. Эти несколько дней посвящу семье, отдохну. А то пришлось бы лететь через всю Европу, тренироваться, а для чего? Чтобы Хиддинк увидел, в какой я форме? Но чего на меня смотреть? Я и так на виду, каждую неделю провожу по два матча. К тому же никакой товарищеской игры в Турции у сборной не будет…

– Последний в первой половине года матч сборная России проведет 10 июня против команды Финляндии. Для вас это будет уже семнадцатый месяц беспрерывного футбола. В продолжающийся сейчас сезон вы вступили еще в феврале 2008 года со «Спартаком»…

– О том и речь! Очень хочется быть полезным сборной, но для этого надо грамотно рассчитывать силы.

«В ТАРАСОВКЕ КОРМИЛИ ЛУЧШЕ»

– Сегодня вся футбольная Россия следит не только за вашими успехами на поле, но и в изучении английского языка. Чем порадуете поклонников?

– Продолжаю упорно учиться. Футбольные слова выучил уже через неделю. Затем потихоньку начал общаться на бытовом уровне: в магазине, ресторане. С партнерами могу перекинуться парой предложений. Учитель, который со мной занимается, сразу сказал, что по его специальной программе для иностранцев через несколько месяцев начинают говорить все. Были даже какие-то африканские футболисты, чуть ли не из дикого племени, они через два месяца уже бегло болтали. Правда меня немного смутило, что он сам русского не знает. Подумал: как он меня учить-то будет? Но потом оказалось, что нормально, работает методика.

– И как часто занимаетесь?

– Несколько раз в неделю по часу-полтора. До свободного владения английским мне еще далеко. Пока без ошибок слова в предложениях выстраивать не всегда получается. К сожалению, сейчас меня лучше всего судьи понимают, – Роман хохочет от души. – Они даже, кажется, научились по-русски понимать, если я что-то скажу на поле.

– После переезда в Лондон вы жаловались на специфичность английской кухни. Не успели еще ее полюбить?

– Местные блюда мне не очень нравятся. На базе «Тоттенхэма» питание довольно умеренное, в Тарасовке все было гораздо обильнее, богаче… Тут, по сути дела, обычная столовая. Но с тех пор, как в Лондон переехали моя жена Лариса с дочкой, вопросов с питанием не возникает. Лариса готовит очень вкусно любые блюда, поэтому ем я преимущественно дома, благо мы живем в пяти минутах езды от базы.

– Однако, вы в Англии превратились в законченного домоседа!

– Здесь все построено так, чтобы у футболистов оставалось больше свободного времени. На базе никто никого не запирает. Я поначалу был даже удивлен, сколько времени остается, а теперь уже это в порядке вещей. И мне это нравится.

– В Лондоне уже ориентируетесь?

– Мы не так часто выбираемся из своего района. Дом у нас в пяти минутах езды от тренировочной базы, все рядом. В центр Лондона несколько раз ездили всей семьей. Ходили по магазинам, покупали елку перед Новым годом, сходили в зоопарк с дочкой.

– У вас же дома свой зоопарк! Как поживает прирученная вами лондонская белка?

– А что с ней будет? Я ее увидел как-то во дворе дома, начал орехи бросать. Она привыкла, сама уже стала подходить к стеклянной двери балкона. Смотрит внутрь, ждет, когда ей поесть дадут. Скоро, наверное, лапкой стучать начнет и песни болельщиков «Тоттенхэма» распевать.

– Слышал, что у вас есть бутсы с вышитыми на них именами дочки и жены. Правда?

– После чемпионата Европы компания-экипировщик предложила лучшим бомбардирам команд, завоевавших медали, сделать эксклюзивные бутсы. Испанцу Вилье прислали «золотые», немцу Швайнштайгеру – «серебряные», мне – «бронзовые». Спросили, что на них написать, я попросил: на правой – имя жены, на левой – дочки. Так и играю в «Ларисе» и «Кристине». Забивают обе!

– Вы вообще в футбольной экипировке большой модник. То бутсы с именами, то игровая майка со специально подрезанными рукавами, чтобы кисти рук закрывала…

– На самом деле, ничего особенного в этом нет. Рукава на кисти натягивает немало футболистов. Всего-то дел – немного ножницами поработать. Это в России пока так никто не делает, а в Англии – многие…

12 ГОЛОВ ПАВЛЮЧЕНКО ЗА «ТОТТЕНХЭМ»

Дата	Турнир	Матч	Голы
24.09.2008	Кубок Лиги	«Ньюкасл» (г) – 2:1	1
26.10.2008	Чемпионат страны	«Болтон» (д) – 2:0	1
01.11.2008	Чемпионат страны	«Ливерпуль» (д) – 2:1	1
12.11.2008	Кубок Лига	«Ливерпуль» (д) – 4:2	2
23.11.2008	Чемпионат страны	«Блэкберн» (д) – 1:0	1
03.12.2008	Кубок Лиги	«Уотфорд» (г) – 2:1	1
02.01.2009	Кубок страны	«Уиган» (д) – 3:1	2
06.01.2009	Кубок Лиги	«Бернли» (д) – 4:1	1
21.01.2009	Кубок Лиги	«Бернли» (г) – 2:3	1
24.01.2009	Кубок страны	«МЮ» (г) – 1:2	1

Средняя результативность Павлюченко в Англии – 0,46 гола за игру (12 мячей в 26 играх).

Роман ПАВЛЮЧЕНКО

Родился 15 декабря 1981 года.

Клуб: «Тоттенхэм» (Лондон, Англия).

Амплуа: нападающий.

Рост 188 см, вес 84 кг.

Карьера: воспитанник ставропольской СДЮСШОР. Играл за ставропольское «Динамо» (1999), волгоградский «Ротор» (2000-2002), московский «Спартак» (2003-2008). С середины августа 2008 года выступает за английский «Тоттенхэм». В чемпионатах России сыграл 206 матчей, забил 83 мяча. В чемпионатах Англии сыграл 18 матчей, забил 3 мяча.

Достижения: обладатель Кубка России 2003 года. Трехкратный серебряный призер чемпионатов России (2005-2007), лучший бомбардир чемпионатов России (2006, 2007).

Бронзовый призер чемпионата Европы-2008. Включен в символическую сборную чемпионата Европы-2008 по версии УЕФА.

Сборная: в сборной России провел 24 матча, забил 10 мячей. Первая игра – 20 августа 2003 года с Израилем – 1:2, последняя игра – 10 сентября 2008 года с Уэльсом – 2:1.

3-9 февраля, №4(243) Смирнов Д., газета Советский Спорт

Одемвингие пригласил нас к себе домой за день до отъезда “Локомотива” на турецкий сбор. Дом в конце Кутузовского проспекта, окруженный высоченным забором, - тот еще: охрана за каждым поворотом. На входе гостям вручают компакт-диск - без него ни одной двери не откроешь. И в лифте выше первого этажа не поднимешься.

Питер встретил в халате и шлепанцах. Через пару минут разговора сообщил, что он и только он - первая звезда “Локомотива”. Самая важная фигура.

Мы опешили, но вида не подали. Что ж, фигура так фигура, звезда так звезда…

Одемвингие, к слову, нам понравился. Открытый, непосредственный. Понравился, хотя и мечтает расстаться с Москвой.

ОТСТУПНЫЕ - 15 МИЛЛИОНОВ ЕВРО

- Кажется, российский чемпионат вам надоел точно так же, как борьба за седьмое место?

- До сих пор у меня все шло в гору. В первый сезон со скромным “Ла Лувьером” выиграл Кубок Бельгии, второй год выдался еще интереснее. В “Лилле” вообще было колоссальное движение наверх. А в “Локомотиве” - лишь седьмое место. Хочется большего.

- Желание уйти из команды, которая забыла, что такое Лига чемпионов, - естественное?

- Разве нет? Трудно смириться с фактом, что “Локомотив” не участвует в еврокубках. Меня в Европе никто не видит. Наши игры там не транслируются. Хотя я всегда говорю, что уровень российского чемпионата не такой уж низкий. Проблема в полях и стадионах - но не в качестве футбола. Куда ни приеду, везде твердят: “Возвращайся в Европу”. Во время последней поездки в Нигерию я был поражен. Подходили люди, которые не должны задавать такие вопросы, - и спрашивали, когда окажусь в английской премьер-лиге. Вся Нигерия смотрит только ее. Повар сестры, который прежде побоялся бы вообще со мной заговорить, нынче усмехается: “Ну что, скоро в Англию?”

- Что отвечаете?

- Всему свое время. Я верю, я работаю.

- Почему президент “Локомотива” Николай Наумов заговорил про “Арсенал”? Было приглашение?

- Понятия не имею. Игроки не всегда узнают о таких вещах. Точно знаю, что приглашали в “Эвертон”, я как раз проводил отпуск в Америке. Позвонил человек, предложил: “Хочешь, возьмем тебя в аренду?” - “Я не против, но “Локомотив” не согласится…”

- Вы это понимали?

- Конечно. Набрал на всякий случай номер Рахимова. Тот о моем уходе, тем более в аренду, и слышать не пожелал.

- Еще кто звал?

- “Рома” интересуется уже три года. Спалетти меня всегда любил как игрока. Сейчас у них освободилось место для футболиста не из ЕС. “Рома” тоже собиралась взять в аренду, а летом выкупить. Если такой клуб говорит, что выкупит - на девяносто процентов так оно и будет. Но я не стал говорить с Рахимовым еще и о “Роме”. Устал от пустой болтовни.

- Агент у вас есть?

- Заключил контракт с одним агентством в Лондоне. Всех теперь отсылаю туда. А на днях приснился прекрасный сон: я забиваю гол за “Локомотив”. На меня это здорово подействовало - ничего страшного, если останусь в Москве. Уже успокоился. Мне этот сезон надо делать красивым. Через год начинается Кубок Африки, следом чемпионат мира… У меня была мечта - к концу 2009 года идти в пятерке лучших футболистов Африки. Но играя в чемпионате России, это нереально. Правда, в декабре меня признали игроком года в Нигерии.

- Вы подписали соглашение с английской компанией. Почему не доверились нашим агентам?

- Ни одного российского агента не знаю. Меня совершенно не интересуют передвижения внутри России. Кто-то пустил слух, что я готов перейти в “Рубин”. А я всего-то лестно высказался об игре Казани. Еще пошутил: “Может, года в 32 там и окажусь, я же наполовину татарин”.

- За последнее время в России вас куда-нибудь звали?

- Нет. Все знают - бесполезно.

- Бывший гендиректор “Спартака” Сергей Шавло говорил, что Одемвингие не стоит тех денег, которые просил.

- Я вообще ничего не просил. О деньгах со “Спартаком” разговаривали агенты. А просили столько же, сколько в итоге заплатил за меня “Локомотив”.

- Недавно вы посмотрели на свой контракт с “Локо” и обомлели, обнаружив сумму отступных. Сколько там прописано?

- 15 миллионов евро. Когда подписывал контракт - не вгляделся в этот пункт. Если однажды стану агентом или будут спрашивать молодые футболисты, обязательно расскажу им о своей ошибке.

- Это было написано в самом конце, мелким шрифтом?

- Нет. Но агенты должны были обратить мое внимание на этот пункт.

- Агентов уволили?

- Уволил. Но не после этого - были и другие причины…

- Вы озвучили логичное желание - покинуть команду, которая не играет в еврокубках. И моментально услышали о себе много скверного. Удивлены были таким поворотом?

- Не то слово! Мне казалось, любому понятны мои желания. Нынешний уровень “Локомотива” - это не мой уровень.

- Ваш - выше?

- Выше. Мне было непросто весь прошлый год, начиная со сборов. Да, старался играть через “не могу”, чтоб никто не упрекнул. Слава богу, была Олимпиада, игры за сборную. Я немного воспрял духом.

- Есть уверенность, что сезон-2009 проведете в “Локомотиве”?

- Если не уйду сейчас, на ближайшие полтора года о переходе придется забыть. Разве что летом какой-нибудь топ-клуб предложит за меня 15 миллионов. Но в кризисные времена верится в это с трудом. Мне ведь еще и зарплату надо положить на четыре года - 7-8 миллионов.

А в январе 2010-го - Кубок Африки. Целый месяц буду в сборной, и провернуть трансфер в это время едва ли возможно. Да и кто захочет покупать игрока, который подписывает контракт - и тут же уезжает за тридевять земель?

- При заключении соглашения с “Локомотивом” у вас была договоренность с Липатовым: пару лет играете в Москве, - и отпускают в Европу?

- Да. На примере нескольких футболистов мне объяснили, что в “Локомотиве” никого силой не держат. Но я понимаю, почему со мной не спешат расставаться. Нужнее игрока в команде нет, в этом я уверен. Остальные ребята могут думать что угодно. Я-то знаю, что играю в “Локомотиве” самую важную роль. За последние две недели настроил себя на позитивную волну. Все равно от меня ничего не зависит, - какой смысл себя изводить? Главное - хорошо подготовиться к чемпионату. Надеюсь, бороться за седьмые места больше не придется. Иначе сойду с ума. Или впаду в депрессию. Мой самый большой страх, - что команда опять завалит сезон. В себе-то не сомневаюсь. Я даже готов от многого отказаться, лишь бы у “Локомотива” в этом году все получилось.

- Вы о чем?

- Могу перестать ходить в ночные клубы. Я люблю потанцевать, мне это никогда прежде не мешало. В любой игре могу отбегать 90 минут и не выгляжу уставшим.

ПОСЛЕДНИЙ ЖЕСТ

- В вашей жизни было несколько команд. “Локомотив” - самая проблемная?

- Да. В “Локомотиве” столько групп, столько национальностей… Все перемешано.

- Часто не понимали закулисных дел?

- И был в шоке! В Европе не подозревал, что можно продать игру. Должен был об этом знать, я же вырос в России, но тема как-то меня обходила.

- До каких пор?

- Заканчивался первый мой сезон в “Локомотиве”. Ехали с одним игроком, и тот начал рассказывать, каким будет финиш чемпионата.

- Сколько оставалось до конца?

- Пару туров. Но все было известно! Вы представляете?

- Легко.

- Я изо всех сил старался не показаться “пришельцем”, деловито качал головой - но внутри было оцепенение. На самом деле, ничего толком не понял.

- Пока предсказания не стали сбываться?

- До последней мелочи!

- В “Локомотиве” обсуждали интервью Гуренко - в котором тот фактически обвинил Спахича в продаже игры “Химкам”?

- Я о многом узнал из самого интервью. Не видел, чтоб Спахича в раздевалке в чем-то обвиняли. В команду приходил министр Якунин, говорил какие-то слова - и Спахич был среди игроков. Президент Наумов тоже присутствовал. Про тот матч могу сказать, что Спахич не был готов играть. У команды была беда в защите - выпустили Эмира. Я, как узнал, не выдержал и спросил у тренера: “Если игрок не готов - почему его ставят в состав?”

- Наумов рассказывал, что много лет не кричал так громко, как после этого матча. Уши закладывало?

- Да. Я прежде никогда не видел президента злым, - но в тот день он явился сам не свой. Холодно поздоровался - и сразу, с первого шага, начал кричать. Было понятно, почему.

- Вам тоже досталось?

- Ага. Президент говорил: “Мы платим нашим нападающим такие деньги, а отдачи никакой”! Игра с “Химками” действительно единственная за весь чемпионат, в которой у нас не было ни одного момента. Но я внутренне был не согласен с Наумовым.

- В чем?

- Это была проблема не сегодняшнего дня. Лично я ситуацию видел еще в начале сезона. Было очевидно, на что можем претендовать с теми игроками, которые собрались в “Локомотиве”. Я не вправе об этом подробно говорить, потому что должен верить в команду, быть оптимистом и так далее, так далее… Но когда вижу состав - становится ясно, какой ждет результат.

- Сомнения в том, что у “Локомотива” что-то получится, появились на сборах?

- Да. Я понял, что будет нелегко. В первой же игре пришлось бежать на нашу половину поля, к собственным полузащитникам. Я был вынужден играть именно так. Только там можно было получить мяч. Я хватал его в центре поля, тащил к чужим воротам и пытался что-то создать. Понял, что этим придется заниматься весь сезон - через “не могу”.

Тренер говорит - не надо, мол, возвращаться, играй впереди. Твой футбол - там. Но я чувствовал - так будет еще хуже. Очень редко удавалось играть, как умею - получать мяч на линии офсайда и убегать.

- Почему так происходило?

- В нашей игре нет уверенности. Недостаточно грамотный футбол. Вот ЦСКА с “Зенитом” пасуют и вперед, и назад. У полузащиты “Локомотива” нет качеств, которые облегчили бы игру. Мы не умеем быстро переходить в контратаку. Ладно, был бы у нас крен в игре - допустим, здорово оборонялись бы. Или же хорошо шли вперед. Да хотя бы отлично били издали. Но у “Локомотива” ни того, ни другого, ни третьего.

- Если посмотреть на состав “Локомотива” - футболисты приличные. А команды - нет.

- Для себя это легко объясняю. Как ждать хорошей игры, когда несколько раз в сезоне Гуренко ставили левым защитником? Таких эпизодов было много - игрока выпускали на место, где он вообще не способен играть.

- Чем вас Гуренко как левый защитник не устраивает?

- Левый защитник обязан время от времени давать длинный пас. У нас этого не было. Я Гуренко уважаю, он нужный игрок. С самоотдачей у него порядок. Но начинать атаки - не его работа. Поэтому вместо обострения пас шел исключительно поперек.

- Гуренко жестко отозвался о легионерах “Локомотива”. Вам - все равно?

- У каждого свое мнение. В чем-то он прав. Я тоже бывал недоволен каждым игроком “Локомотива” - включая Гуренко. К этому игроку трудно придраться, он всегда относится к делу на сто процентов. Что иногда толку от этого никакого - вопрос второй.

- В России вы услышали несправедливых слов по своему адресу больше, чем за всю предыдущую жизнь?

- Это точно. Кто-то считает, что я расслабленный, даже тренер об этом толкует. Но я таким был всегда! Могу вам сказать: на тренировках в “Локомотиве” бегаю больше всех. Постоянно иду в прессинг. Иногда смотрю на себя и думаю: почему я должен это делать, когда так поступают не все? Я что, самый маленький игрок? На фига мне это надо?

- И продолжаете бегать?

- Натура у меня такая. На поле забываю обо всем. Хоть накатывает порой безнадега - целый год пасов вперед нет, игра не идет…

- Тот же Гуренко сказал любопытную вещь: Одемвингие как игрок сильнее Вагнера.

- Я тоже думаю, что сильнее. Пусть и не показал этого пока в “Локомотиве”. Базовые качества у меня выше.

- Например?

- Я лучше играю двумя ногами. Вагнер - супер, год назад в стране ему не было равных. Но я бегу быстрее. Играй Вагнер в “Локомотиве”, ему пришлось бы сложнее.

- В “Локомотиве” он не забил бы и половины своих голов?

- Столько не забил бы - факт.

- Когда смотрите на полузащиту ЦСКА, - завидуете Вагнеру?

- В футбольном плане ему больше повезло с командой. ЦСКА играет в зрелый футбол. Совсем другая игра. Если полузащита приблизится ко мне, тоже буду часто убегать к воротам.

- В чем Вагнер сильнее вас?

- У Вагнера не так много шансов поразить ворота - но из трех моментов он умеет выжать три гола.

- Тоньше вас чувствует ворота?

- Он хладнокровнее. Тем не менее у меня были периоды в “Лилле”, когда играл так же. Был шанс - я забивал. Потому что постоянно имел моменты. А в “Локомотиве” немного отвык от этого, растерял чувство гола. Все как в теннисе. Профессионал три дня не тренируется - потом ракетку не чувствует.

- В России за полтора года так и не увидели настоящего Одемвингие?

- Не увидели.

- А увидят?

- В этом году - наверняка.

РАСПИСКА ДЛЯ БЫШОВЦА

- От работы с Бышовцем какие воспоминания?

- Мне очень нравилось, когда на установках он цитировал философов. Запомнилась фраза: “Сейчас в России многие пытаются учить других, хотя сами ничего добиться не могут”.

- Знаменитая реплика Бышовца на пресс-конференции после домашнего поражения от “Кубани”: “Нет предела человеческой мерзости”. Поняли, что тренер имел в виду?

- Даже думать не хочу. Вокруг “Локомотива” и Бышовца в том сезоне было столько слухов, что голова шла кругом. Когда написали, будто он берет с игроков деньги за место в составе, Анатолий Федорович раздал игрокам листочки: “Пишите расписку. К тренеру Бышовцу претензий не имею, денег за попадание в состав он с меня не просил”. В другой раз - перед игрой в Самаре - в “СЭ” вышло интервью с Лоськовым. Так Бышовец на установке разбирал каждую строчку. Вместо того, чтоб назвать состав и объяснить, как играть. Грустно и смешно.

- Как считаете, почему в России вас, приятного в общении человека, преследуют скандалы?

- Знать бы! Я еще поэтому порывался уйти! Непонятные разговоры за спиной, сплошной негатив… “Может, какой-то дух гонит меня из клуба? Может, лучше уехать?” - думал я. Но если судьба остаться в “Локомотиве”, - так тому и быть.

- После того, как в конце 2007-го вы отказались сидеть в запасе в матче Кубка УЕФА с “Панатинаикосом” и отправились на трибуну, Динияр Билялетдинов сказал: “Одемвингие - не тот человек, которому бывает стыдно”.

- Я и не рассчитывал, что он встанет на мою сторону. Все-таки речь шла о его отце. Но потом можно было все разрулить, пожать друг другу руки и забыть плохую историю. Я же извинился.

- С Динияром отношения прохладные?

- Близости нет. Но я чувствую, что он хороший парень.

- Вы читали интервью Билялетдинова-старшего, в котором вы и Родолфу названы “сволочами”?

- Ссылку на интервью мне прислал приятель. Я тогда отдыхал в Нигерии. Прочитал - и оцепенел. Конечно, было неприятно. Да, в Афинах вспылил, но затем в Москве на банкете, посвященном окончанию сезона, со всеми нормально общался. Даже не предполагал, что вскоре поднимется такой шум. Когда вышел из отпуска, Рахимов меня пригласил: “Питер, резонанс был больше, чем предполагаешь. Надо сделать так, чтоб все утихло”. Нет проблем, отвечаю. Подошел к отцу Динияра, извинился. Объяснил - ничего личного. Нервный срыв у меня мог случиться при любом тренере, который сначала заменил после первого тайма, что-то наговорив в сердцах, а в следующем матче и вовсе усадил на лавку. Настроение на нуле, я уже не был готов играть…. О чем и сообщил в Афинах. Возможно, был не прав. Но уж такой я человек.

- Вас выставляют капризным футболистом. Вы ведь не капризный?

- Нет! Я смиренный парень! Знаете, как меня называют друзья? “Питер, который не умеет говорить “нет”. Вечно проклинаю собственную мягкость. Особенно, когда дело касается девушек. Они этим пользуются.

- Тренер Божович рассказывал: для него рекорд в отношениях с барышней - три месяца. У вас?

- Я не такой плейбой, как некоторым кажется. И девушек у меня было немного. Просто иногда отношения завязываются из-за моей soft.

- Мягкости?

- Точно, мягкости. Вроде бы только познакомились, потом хоп - и незаметно сближаемся. Вот в Москве подружился с девчонкой. В какой-то момент стали ближе, чем нужно. Уже и с собачкой ее дома играли. Вижу, что наступает привязанность и все такое… Мне это совершенно не надо. Хотя сразу предупредил, что витать в облаках не стоит.

- Сколько раз вы по-настоящему любили?

- Два, пожалуй. Впервые - в школе. После 11-го класса я уехал с родителями в Нигерию, и связь оборвалась. Вторая любовь - бельгийская девушка по имени Элка. Мы долго были вместе. Она приезжала ко мне в Москву. Сейчас у каждого из нас своя жизнь. В Москве такие красивые девушки, что временами сложно устоять. Се ля ви.

- Вернувшись в Россию, первую любовь разыскать не пытались?

- Еще играя в Бельгии, нашел через интернет ее московский адрес, написал. Потом набрался храбрости и позвонил.

- Результат?

- Разговора не получилось. Я понял, что не надо возвращаться в прошлое. Больше не звонил.

- Хоть раз делали кому-то предложение?

- Даже был помолвлен. Во Франции познакомился с девушкой из русской семьи. Я тогда играл в “Лилле”, часто ходил в церковь. И решил не отступать от традиций. Устроил помолвку. Нас официально объявили женихом и невестой. Все было очень торжественно.

- Свадьба не состоялась?

- Прошло не так много времени - и я почувствовал, что поторопился. Мы не настолько хорошо знали друг друга. Я пытался отыскать в своем сердце любовь, но не находил. Последний разговор был невыносимым, он рвал мне душу. Девушка пыталась сохранить отношения. Но пришлось расстаться.

- Ваши родители в разводе?

- Официально - нет. Но уже года три живут порознь. Папа в Нигерии, мама - в Москве. По специальности она акушер-гинеколог, но теперь ее работа связана с УЗИ. Я вижу, насколько маме нравится в Москве. От Африки она страшно устала. А папа, наоборот, после возвращения в Нигерию становится все более local, “местным”. Он много лет прожил в России, но лишь сейчас понимаю, как же его тянуло в Африку.

- Для нигерийцев вы - “белый”?

- Это Уэст как-то ляпнул. Есть африканцы с темным цветом кожи, есть - с более светлым. Над этим в сборной часто шутят.

- В Нигерии футболисты нередко обращаются к шаманам. Вы - тоже?

- Никогда. Потому что большую часть жизни провел в России. Хотя знаю, что эти люди способны творить чудеса. Перелом лечат без всякого гипса.

- Как это?

- Накладывают повязку на больное место. Дальше берут курицу, ломают ей ногу и наблюдают. Если через семь-восемь дней она начнет бегать, - значит, и у человека в том же месте кость срослась. От знакомых слышал уйму таких историй. Африканцы неохотно идут в больницу, прежде отправляются к шаманам. В 90-е годы на этом все помешались. У каждого футболиста был свой колдун, который хранил от сглаза. Без шамана ни один игрок в сборной не появлялся.

МАРТИНС ИЗ ГЕТТО

- Кто занимается вашей прической?

- Раньше ко мне заглядывала студентка из Конго, которая училась в университете Дружбы народов. Когда уехала, мне порекомендовали другую девочку, из Экваториальной Гвинеи. Она в том же университете учится. Такая забавная! Метр с кепкой, по-русски трещит без запинки, а у ее отца - сорок детей! Она косички и заплетает.

- Дорого обходится?

- Фиксированная ставка - сто долларов. Плюс такси. Прическу освежаю раз в три недели. Летом - почаще. Но волосам тоже нужен отдых. Так что не удивляйтесь, если в этом году буду расплетать косички. Тогда шевелюрой стану напоминать бразильца Жо.

- О’Коннор с базы “Локомотива” возвращался обычно по разделительной полосе. С постовыми расплачивался тысячными купюрами. Вы так пробовали?

- Нет. Но о приключениях Гарри наслышан. В команде рассказывали, что он и таксистам постоянно тысячу рублей совал, даже когда доехать можно было раза в три дешевле. Для него это была разменная купюра. У меня с ГАИ была одна встреча. Недалеко от дома решил объехать пробку, вырулил на встречную, - а гаишник тут как тут. “Это тебе не Казань, парень. В Москве так не ездят”, - первое, что услышал я.

- При чем тут Казань?

- Так я до сих пор в Казани прописан - и номера на машине у меня были казанские. Совсем недавно поменял.

- Права не отобрали?

- Обошлось. Отдал небольшую денежку, - и гаишник отпустил с миром.

- В “Локомотиве” много штрафов заплатили?

- Два. Самый серьезный - в прошлом году. В клубе, считаю, могли бы и пойти навстречу. В тот уик-энд “Локомотив” пропускал тур, а я возвращался с Олимпиады. К тому же не поехал в сборную на матч с ЮАР - игра ничего не решала. Вот и попросил лишний день отдыха, чтобы успеть смотаться в Бельгию, проведать квартиру. Не отпустили. Я все равно улетел и пропустил утреннюю тренировку. Попал на две тысячи долларов.

- Вы один из самых высокооплачиваемых игроков премьер-лиги. Вкладываете куда-нибудь деньги?

- В недвижимость. Ничего надежнее не придумано. В другой бизнес не лезу. Лучше гарантированно заработаю пять копеек, чем рубль, но с риском. У меня квартира в Бельгии и дом на юге Франции, который сдаю в аренду. Еще в Нигерии построил что-то вроде отеля. Копеечка капает.

- В этой квартире живете года полтора?

- Около того.

- Но обжитой она не выглядит.

- Мы купили квартиру на Воробьевых горах, я всю мебель туда переправил. К маме. Сам остаюсь пока здесь, но многое надо покупать заново. Впрочем, в этой квартире и прежде мебели особо не было. Мне нравится, когда пустовато. Люблю чувствовать простор.

- Когда в последний раз тратили деньги неразумно?

- Я - звезда, и иногда веду себя как celebrity, ха-ха… Перед поездкой в сборную на Кубок Африки могу купить дорогие часы. За сорок тысяч евро.

- Что за марка?

- Franck Muller. С бриллиантами. Ношу их по особым случаям. Но в нашей сборной у некоторых есть часы и за сто тысяч евро. У Мартинса таких часов несколько. Он может себе позволить, в солидных клубах поиграл - “Интер”, “Ньюкасл”… В сборной Нигерии игроки любят показать денежку. Чтоб не выглядеть там белой вороной, надо повесить на руку часы хотя бы за сорок-пятьдесят тысяч евро.

- Понты.

- Ха-ха! Можно и так сказать…

- Вы когда-нибудь купите себе часы за сто тысяч?

- Вряд ли. Я уже не мальчик, в этом году 28 стукнет. Переболел такими вещами. И к часам, и к автомобилям равнодушен. Мне не нужны Lamborghini и Maserati, как тому же Мартинсу. Audi Q7 полностью устраивает. Нынче, кстати, в сборной новая “фишка” - покупать эксклюзивные модели, но уже бронированные. Они в два раза дороже. Ребят это не смущает.

- Мартинс был среди первых покупателей?

- Наверняка. Ему необходим бронированный автомобиль. Год назад в Лагосе, где Мартинс проводил отпуск, его машину обстреляли бандиты. Сам он чудом не пострадал. Парень вырос в неблагополучном районе Лагоса, это настоящее гетто. Сегодня Мартинс наверстывает упущенное. Может ехать и швырять купюры в окно. Пижонить. Этим привлек внимание грабителей.

- Москва - ваш город?

- Город и мой, и не мой… Вырос я все-таки не здесь, поэтому время от времени бывает тяжеловато.

- Где вам уютно?

- В Кортрейке. Это маленький городок в Бельгии.

- Любите маленькие города?

- Мне все равно, какие размеры. Просто Кортрейк славно расположен, возле границы. Чувствую себя там великолепно. Брюссель и Антверпен неподалеку. Хотя вот сейчас, после отпуска, с удовольствием вернулся в Москву.

- В Москве встретились с бывшими приятелями по школе ЦСКА?

- Планировали, но пока не вышло. Из них в большом футболе один Евсиков. Многие завязали.

- Радимов с Хохловым о годах в армейском интернате отзывались коротко - “полная нищета”.

- В мое время, к 96-му году, стало полегче. Да и родители были в Москве, папа работал в Боткинской больнице, мама училась. И никакой дедовщины в интернате не было, разве что по мелочи.

- Когда-то вас поражало, насколько мрачные соседи в московском доме. Никто лишний раз не поздоровается.

- Потому и говорю, что в Москве мне не очень тепло. Напряженная атмосфера даже в собственном доме. Но заметил любопытный момент: в Москве копишь-копишь раздражение, и когда оно уже готово вырваться, встречаешь хорошего человека. Который все сгладит.

- В метро заходили?

- Как-то прокатился до Черкизова. На Третьем кольце ошиблись с поворотом, угодили в жуткую пробку. Час парились и поняли - надежды нет. На тренировку опаздываем. Бросили автомобиль на обочине, спустились под землю.

- В какой компании?

- Я, Баша, Спахич и Кочиш. Добирались с двумя пересадками, в вагонах было не протолкнуться. В метро не заглядывал лет десять, лишь в Англии бывал. Но это не совсем метро - там наземная линия. А в Москве я ехал - и смеялся.

- Над чем?

- Над собственными зароками, что никогда в метро не зайду. Всем поездка понравилась - кроме Баши. Тот уморился с сумкой стоять.

- В чем полтора российских года изменили ваш характер?

- Появилось желание вдумываться в мелочи. Прислушиваться и вникать. Знаете, я такой человек… Сфокусирован на собственных мыслях, и отвлечь меня сложно. Будто трамвай - встал на рельсы, и ничем не сдвинуть. Но теперь я взрослее.

- Больше не живете на своей планете?

- Живу. Но иногда с нее ухожу. Недавно разговаривал по телефону с сестрой, она заметила: “Ты изменился. Стал медленнее говорить, не сразу бросаешь трубку. Не только сам болтаешь, но и меня слушаешь…”

- Правда, что президент “Локомотива” Наумов называет вас Петя?

- Да. Я не против. Остальные в команде обращаются Питер, реже - Осазе. Питер - интернациональное имя, потому в паспорте стоит первым.

ДРАКА С МАРОККАНЦАМИ

- Отпуск провели бурно?

- О, да! Съездил в Америку - и был поражен размахом. Настолько все легко! Такие дороги!

- Катались на автомобиле по побережью?

- Немного поездил по автостраде. Дорога потрясающая - шесть линий в каждую сторону. Огромное удовольствие.

- Александр Овечкин плюется от американских водителей. Едут шестьдесят - и в ус не дуют.

- Меня это тоже очень удивило. Я-то думал - хорошие машины, автобаны, народ летает… Оказалось, наоборот. Еле ползут. А я мчал по-московски. Со мной в автомобиле был друг, который постоянно живет в Америке. Он сжался, затих. Даже закрыл лицо ладонями, боялся. Говорю ему: “Привыкай!”

- Ездили с футболистами?

- Да. Один из них - основной вратарь сборной Нигерии Эжиде. Сходили на баскетбол, играли “Лейкерс” - “Селтикс”. Отличный был матч. Столько известных людей пришло - я кого-то в коридоре поймал, сфотографировались вместе. Кого-то просто видел сидящим в зале, неудобно было подходить. Потом отправились в ночной клуб - там тоже были знаменитости.

- Вас никто не узнал?

- Нет. Зато у меня есть фотографии с Сэмуэлем Джексоном, Эдди Мерфи и Деннисом Родманом. Но самое-самое впечатление - от Лас-Вегаса, я туда на уик-энд съездил.

- В казино были?

- Недолго. Проиграл сорок долларов и ушел. Не захватило.

- В Нигерию заехать успели?

- Дней на десять. В Бельгии побывал. Затем с другом заскочили в Милан на небольшой шопинг, посмотрели матч “Милан” - “Катанья”.

- Пошли и купили билет?

- В Милане живет знакомый агент, он достал приглашение. Когда смотришь такие матчи - получаешь мотивацию как футболист. Вот на баскетбол в Америке билеты покупал сам. Каждый обошелся в полторы тысячи долларов! Это официальная цена - есть и по пять тысяч! Наши места тоже считались VIP, но от площадки далековато.

- На футбол когда-нибудь ходили по билету?

- Никогда. Хотя в “Лилле” травмированным игрокам давали билет и отправляли на трибуну. Меня это забавляло. Часто бывало так: отыграю за “Лилль” в субботу, а на следующий день тур бельгийского чемпионата. У меня друзья в “Брюгге”. Звоню им - оставляют карточки. Проходил на стадион по ним.

- По Европе на автомобиле перемещаетесь без проблем?

- Какие проблемы, если от Лилля до Антверпена 45 минут на машине? От моей московской квартиры до Черкизова добираюсь дольше!

- Знаменитый писатель Умберто Эко на вопрос о самом отвратительном месте, которое знает, ответил: “Отель “Madonna Inn” в Калифорнии”. Самое гадкое место для вас?

- Аэропорт в Ливии. Я был очень раздражен, когда там оказался.

- Почему?

- Посмотрел, как обращаются с людьми. Даже с нами, игроками сборной Нигерии, разговаривали сквозь зубы. Я сказал ребятам: “Надеюсь, больше никогда в этом месте не окажусь…”

Неприятности возникли у меня и в Голландии. Я еще в “Ла Лувьере” играл. С поляком Майклом Клюковски, который сейчас в “Брюгге”, поехали развлечься в Амстердам. К нам пристали марокканцы. Им не понравились брюки моего приятеля. Тот блондин с синими глазами. Стали кричать на всю улицу: “Парень, ты не “голубой?” Пришлось драться.

- Марокканцев было много?

- Двое. Я до последнего старался сгладить ситуацию. Марокканцы - страшная публика. У них и нож мог быть с собой, и пистолет, да все что угодно. Связываться с ними может безумец. Но тут не было выхода. Клюковски сперва перепугался, деру дал. Потом увидел, что я один бьюсь, - прибежал выручать. Да так с левой приложился, что марокканец рухнул столбом. Мы сразу же помчались на парковку. Прыгнули в машину - и назад в Бельгию. Пока эти ребята не очухались и не сколотили банду, чтоб нас перехватить.

- Вам-то досталось?

- У меня еще полгода болела косточка на стопе - после неудачного удара ногой. А поляк о голову марокканца разбил руку. В тот момент до меня дошло: это был знак.

- В смысле?

- Понял, что неправильно себя веду. В Амстердаме веселых заведений хватает. Мы бродили по городу, встретили знакомого из Нигерии. Тот затащил в кофешоп: “Посидим, поболтаем”. Сам затянулся какой-то травой, и нам предложил. Я сделал две затяжки - сразу закружилась голова. Не понравилось. Не моя тема. И вот думаю: сначала кофешоп, следом драка - куда-то не туда меня понесло. В Амстердам больше ни ногой!

- Когда последний раз себе удивлялись?

- В ноябре. Решил сам поставить зимнюю резину. Машина стояла во дворе. Домой вернулся поздно, а ночью обещали заморозки. Не хотелось рисковать. Позвонил товарищу, он предложил помочь. Я приспособил домкрат, замерзающими пальцами менял колеса… Эх, романтика!

Юрий ГОЛЫШАК, Александр КРУЖКОВ, газета Спорт-экспресс

Роналдо почти не играл. Но о нем только и было речи. Вернется ли трехкратный лучший футболист мира после травмы? Или к 32 годам уйдет на пенсию? На прошлой неделе Феномен сказал, что готов поставить в игроцкой карьере точку

13 февраля 2008 года. “Милан” — “Ливорно”. 60-я минута матча — 0:1 Вышедший на замену три минуты назад Роналдо, замыкая навес, неудачно приземлился на правую ногу. Стадион услышал ужасный хруст, после чего Зубастик покинул поле, но оставил за своей командой право пробивать пенальти: в борьбе с Ронни защитник соперника сыграл рукой. Тогда еще никто не знал, что бразилец выпал из игры на неопределенный срок. Почти год Зубастик не сдавался и обещал миру вернутся на поле. Но на прошлой неделе, сыграв против друзей Зидана в благотворительном матче в Марокко, бразилец признался, что, наверное, пришло время сдаваться: “На данный момент я не в очень хорошей форме. Мои ноги отяжелели. Я устал”.

Роналдо. Фото АР

ПИСЬМО ОТ ПРЕЗИДЕНТА

Началом конца эры Роналдо и послужила та самая злосчастная травма, полученная в миланском матче. Ронни был прооперирован. Французский хирург сказал, что бразильцу придется восстанавливаться не менее девяти месяцев, а сможет ли игрок вернуться в большой спорт, зависит уже от него самого. Никто не хотел верить, что это конец эры Феномена.

“Я встречался с ним на следующий день после операции, — говорил экс-партнер Зубастика по “Реалу” Зинедин Зидан. — Роналдо в подавленном состоянии, но, я думаю, ему не нужно заканчивать карьеру. Он должен бороться и вернуться. Футбол очень многое потеряет с его уходом”. Президент “Милана” Сильвио Берлускони тоже возлагал надежду на возвращение форварда в большой футбол: “Ему всего 31, он молод. Думаю, через несколько месяцев Ронни вернется в строй и будет снова тем чемпионом, которого мы знаем”. А форвард “Лиона” Карим Бензема вовсе назвал Роналдо лучшим футболистом всех времен и даже признался, что имеет все его голы на DVD.

Каждый день бразилец получал сотни писем от поклонников с просьбой скорее выздоравливать и возвращаться на поле. Что говорить о фанатах, если даже президент Бразилии прислал футболисту слова поддержки: “Молодой человек, не сдавайтесь, продолжайте двигаться вперед. Как и весь народ Бразилии, я верю, что вы вернетесь на поле и снова станете образцом стойкости и мужества” — говорилось в послании.

ПРОГНОЗ ПЕЛЕ

Разговоры о том, что эта травма стала роковой в карьере Зубастика, сильно раздражали самого игрока. Он неоднократно повторял, что повесит бутсы на гвоздь только тогда, когда сам решит. “И вообще, я не уйду, пока не выиграю Лигу чемпионов” — заявил однажды форвард “россо-нери”, которому этот турнир ни разу не покорился.

Особенно разгневали Феномена слова Пеле, который с сожалением высказался, что Роналдо не сможет играть на прежнем уровне. На слова Короля футбола Ронни отреагировал очень эмоционально: “Я счастлив! Известно, что все предсказания Пеле оказываются полной чушью!”.

Роналдо вспомнил прогнозы Пеле перед ЧМ-2002. Тогда он заявил, что новый наставник сборной Бразилии Фелипе Сколари ничего не добьется на мундиале. Сомнения легендарного земляка вынудили Роналдо заявить, что Пеле ничего не смыслит в футболе. Что же получилось? В том году чемпионом планеты стала именно Бразилия, которая победила в финале Германию благодаря дублю… конечно же, лучшего бомбардира мирового первенства Роналдо.

ДЕВОЧКИ-МАЛЬЧИКИ

Даже во время своего лечения нападающий не покидал первые полосы газет. Однако в апреле поводом говорить о Роналдо стало вовсе не его восстановление. Бразилец вляпался в сексуальный скандал. В период своего восстановления в Рио-де-Жанейро он познакомился с тремя девушками легкого поведения и снял для них номер в отеле. Но “девочки” оказались мальчиками в юбках. Ронни попытался выставить трансвеститов за дверь, но они требовали компенсацию в размере — $30 тыс. С двумя подругами Зубастик “договорился”, вручив им по шестьсот долларов. А третья “красотка” выкрала его документы и стала угрожать, что расскажет обо всем прессе. После угроз футболиста проститутка обратилась в полицию, а на следующее утро о грязном скандале заговорил весь мир. Против Роналдо возбудили дело по статье “угроза нанесения телесных повреждений”, поскольку был констатирован факт, что во время ссоры футболист угрожал трансвеститам побоями. Эти события существенно отразились на имидже Феномена: Nike, с которым у него был пожизненный контракт, задумался о расторжении соглашения. Вскоре от него ушла любимая девушка.

БЕЗРАБОТНЫЙ

1 июля действие контракта с “Миланом” истекло. Впервые в жизни он стал безработным. Главным претендентом на Ронни был “Фламенго” (детская мечта бразильца), но там его очень просили сбросить лишний вес. Вскоре появилась информация об интересе к Роналдо “МанСити”, ПСЖ и “Сьены”. Но уже 32-летний форвард отказал всем. “Возможно, пришло время попрощаться с футболом”, — сказал он на днях. Да, уже не впервые. Но заявления “я погорячился” до сих пор не последовало…

ВНУТРИ НЕГО “ФЕРРАРИ”

Пеле: “Я его фан номер один в Бразилии. Как бы жестко с ним не говорили, его невозможно напугать”.

Марадона: “Безусловно, Роналдо — один из самых талантливых современных футболистов в плане техники”.

Йохан Круифф: “Не сравнивайте его ни с кем. Он лучший”.

Фабио Капелло: “Феномен, но он должен постоянно это доказывать…”

Бобби Робсон: “Он может пробежать 40 ярдов назад, вступить в борьбу, отобрать мяч, потом взять на себя всю защиту и обыграть ее”.

Гари Линекер: “Скорость Роналдо с мячом — это что-то. С его талантом он может создавать голы из ничего”.

Андони Субисарета: “Да, он создает голы из воздуха”

Хорхе Вальдано: “Он вроде игрока, внутри которого есть мотор “Феррари”, запрограммированный забивать. Он способен в одиночку выигрывать матчи”.

Рауль Гонсалес: “Я пытаюсь копировать Роналдо. Его взрывная скорость сильно впечатляет. Сам я просто уровнем ниже”.

Лоран Блан: “Он не поддается никакому контролю, прямо как шарик для пинг-понга”.

Галина Еременко, газета “Спорт сегодня”

Я жду Сергея Герасимца — легенду белорусского футбола 90-х — в окружении четырех десятков питерских милиционеров. Они подпрыгивают на месте, трут озябшие от долгого дежурства на пронизывающем балтийском ветру руки и с трепетной нежностью поглядывают на микроавтобусы, на которых блюстители порядка, судя по всему, сюда и прикатили. Сейчас в них уютно и тепло. Умиротворенные лица водителей — лучшее тому подтверждение. “Ты не знаешь, чего ментов сюда нагнали?” — спрашивает подошедший мужчина лет шестидесяти с лицом питерского интеллигента, около полутора десятков лет не ночевавшего дома. Я пожимаю плечами. Черт его знает, может, ждут кого-то.

Количество омоновцев, растянувшихся в цепь на противоположной стороне Невского, заставляет отбросить веселую догадку о торжественной встрече Герасимца с вручением ему пышного букета за оборону Петербурга в составе “Зенита” в последние годы минувшего века.
Впрочем, а где мой будущий собеседник? Я его не видел с тех еще времен, и память угодливо рисует мне Сергея-минского. С патлатой шевелюрой и в синей, динамовского цвета, куртке “Симод”. Разумеется, в спортивных штанах и кроссовках. Именно так должен быть одет человек, выскочивший из соседнего подъезда только для того, чтобы отвести журналиста к себе домой. Ну разве что куртка у него теперь будет другая, петербургская, хотя и тех же цветов: колор “Зенита” ничем не отличается от мастей местного “Динамо”, где Серега сейчас работает вторым тренером у Эдуарда Малофеева.
“Все, мужики. Нам сказали идти на…” — коренастый прапорщик озвучивает направление предполагаемого (и известного любому из нас) пути едва ли не с восторгом. Волшебное слово творит чудеса — заметно повеселевшие милиционеры по-мальчишечьи лихо перемахивают через ограду, отделяющую тротуар от мостовой, и с шумом рассаживаются по теплым автобусам.
Картина так заворожила меня своей взаправдашней искренностью, что я упустил момент триумфального появления своего героя. Он подкрался как-то незаметно — может, потому, что не отсканировался в приготовленном для него моим воображением бело-голубом формате? Герасимец одет строго и изящно — в темные цвета. Дорогая куртка, ботинки и безупречного покроя брюки — ей-богу, типичный денди, зачем-то вышедший на прогулку аккурат в разгар милицейского помешательства.
Он тоже удивленно крутит головой по сторонам: “Серый, может, кто приехал, а?” — “Приехал… — проходящая мимо женщина укоризненно останавливается возле нас ровно на две секунды, чтобы, выпалив новость, прибавить шаг едва ли не до бега. — Это ждут тех, кто сегодня против Конституции митингует!” Мы переглядываемся, и Герасимец предлагает: “Давай из окна посмотрим, они у нас как раз на проспект выходят…”
Пока мы минуем крошечный дворик и поднимаемся на третий этаж, от демонстрации уже не остается и следа. М-да, не много у них здесь несогласных. У нас хоть и милиционеры погрустнее, и то массовости на порядок. А еще городом революций себя обзывают… Пижоны.
Хотя все равно красиво: Невский в вечерних огнях — это нечто особенное. Лучшего фона для интервью обо всем и не придумать…
— Сереж, с первого взгляда показалось, что с жизнью северной столицы ты ассимилировался целиком и полностью…
— Знаешь, я себя петербуржцем не представляю. Дети — да, они здесь родились и растут. Хотя по идее на свет должны были появиться в Калининграде. Тогда все решилось за три дня, а у меня до сих пор присутствует ощущение, что в жизни еще все изменится и Питер не будет последней точкой моего существования. Хотя это не говорит о том, что город мне не нравится.
Все-таки здесь прошла одна из ярких частей карьеры, дети родились, и мы с женой Татьяной делаем все, чтобы им было хорошо.
Питер — город особенный. Да, много музеев, наверное, больше, чем где бы то ни было, но здесь очень тяжелый климат. И если сравнивать с тем же Минском, то сами питерцы поражаются чистоте и ухоженности белорусской столицы. Так что понятие культурной столицы, коей мы привыкли его считать, не вяжется с тем, что Санкт-Петербург довольно грязный сам по себе, и Минск легко даст ему фору.

— Зато зенитоманией ты должен был в любом случае пропитаться. Эта команда для Северной Пальмиры нечто большее, чем просто клуб…
— Раз я играл за “Зенит”, то, конечно, переживаю за него и сейчас. Однако не так, как в детстве за киевское “Динамо”.

— Хм, детство… Тогда футбол был настоящим. “Газпром” потенциального чемпиона не назначал, а ребята играли за местные команды. Где родились, там и пригодились.— Деньги сегодня действительно решают многое. Но история клуба тоже играет роль, хотя, с другой стороны, сколько клубов с историей уже кануло в Лету. “Алания”, “Ротор”…
Впрочем, Питер будет стоять особняком именно из-за своих зрителей, ведь здесь они особенные. Местный болельщик разбирается в футболе и умеет гнать команду вперед.
Я приехал сюда в 97-м, когда на “Петровский” ходило по 5-6 тысяч, но со временем трибуны заполнялись. Когда “биток”, то плохо играть нельзя. Уровень чемпионата именно так и определяется — сколько людей ходит на футбол. В Питере, получается, с этим полный порядок. И я сам вижу, как радуется город успехам своих любимцев. Вокруг команды крутится довольно яркая жизнь, а этого одними денежными вливаниями не достигнешь.
Кроме того, надо отдать должное еще и тому, что на весь город — а это более пять миллионов жителей — команда всего одна, так что симпатии не делятся в несколько раз, как, скажем, в Москве.

— Но 20-тысячные трибуны “Петровского” для 5-миллионного города забить не слишком-то и сложно…
— Ну вот она, наша ментальность, где все перевернуто с ног на голову. Сначала покупают дорогих футболистов, занимают первое место, а потом уже думают о стадионе. Для меня понятно, что серьезный игрок должен выступать на хорошем поле, вместительном и комфортном стадионе, где будет удобно болельщикам.

— Твоя ремарка насчет перевернутой головы оправдывает и следующий постулат: если во всем мире клубы получают прибыль прежде всего от продажи сезонных абонементов и билетов, то в России о ней, похоже, вообще мало кто думает.
— В этой стране никто не думает о болельщиках — вот в чем проблема. А во всем мире футбол существует в первую очередь для зрителей. И тот же Ян Коллер, наверняка приехавший в Россию на гораздо большие деньги, чем имел в Германии, искренне удивился качеству наших стадионов.
Наверное, наши люди не привыкли ждать. Я вкладываю деньги — дай мне результат сегодня, а что будет завтра, никого не волнует. Я вкладываю 100 миллионов, хочу выиграть Кубок УЕФА и чемпионат России, а какими способами, меня не интересует.

— Уж не имеешь ли ты в виду…
— Имею. Я все имею в виду. Просто не хочу на эту тему распространяться, потому что это тоже проблема…

— Знаешь, что интересно, когда информация о 50 миллионах в матче “Бавария” — “Зенит” достигла белорусского информационного поля, я не встретил ни одного человека, который сказал бы: “Это грязный навет. Невозможно представить, чтобы русские на это пошли…” К сожалению, имидж нашего большого брата сегодня никак не назовешь девственно чистым и любой слух падает на хорошо удобренную почву…
— Я на эту тему говорить не хочу. Давай о другом.
Надо понимать, что спорт, помимо победы, несет с собой нечто несоизмеримо большее. Вместе с “Локомотивом” я был в Лиссабоне на базе “Спортинга” и видел, что вместе с основной командой тренируется масса детских различного возраста. Там нет шикарных баз, как у “Сатурна” или киевского “Динамо”. Все очень просто, но поля хорошего качества. И прекрасная организация, когда шатлы отвозят и привозят ребят из разных уголков города. Эта система работает и выдает на-гора десятки одаренных футболистов.
Нам же почему-то проще купить одного за 30 миллионов, еще одного за 20, а завтра третьего за 50, выиграть с ними чемпионат, что, возможно, не очень плохо. А на самом деле это путь в никуда.
Если бы я тебя провел по тем местам, где дети тренируются и играют на первенство Санкт-Петербурга, ты бы ужаснулся. Нормальные условия для футбола в этом городе имеет только “Зенит”. На всех остальных — “молодежку” “Зенита” и несколько команд второй лиги — лишь одно поле, запасное “Петровского”.

— Как считаешь, кризис благоприятно повлияет на развитие футбола в России?
— Думаю, он существенно умерит финансовый произвол в стране. Зарплаты и премиальные, получаемые футболистами, не соответствуют уровню их мастерства. Скажем, к Аршавину, на которого специально ходят люди, претензий не может быть никаких. Но что делают в “Химках” десять югославов или столько же балканцев в “Луче”?
В Англию не приедет игрок, не проведший определенное количество игр за национальную сборную, поэтому туда попадают только классные футболисты. А что творилось в “Локомотиве” в прошлом году, когда мы работали там вместе с Бышовцем? Я за голову хватался!
Могу назвать десяток игроков, у которых были персональные автомобили, съемные квартиры, понятно, не за две тысячи долларов, зарплаты намного большие, чем у того же Сергея Гуренко, и за все время они ни разу не выходили в основном составе.

— Трудно представить, чтобы что-то похожее было в БАТЭ. Может, их футбол — в исполнении ребят, в большинстве своем передвигающихся в общественном транспорте и играющих за смешные, по российским меркам, деньги — и есть настоящий? Может, это и есть счастье?
— Счастье — это миг. Можно к чему-то идти, чего-то добиться, но через минуту все становится историей. В этом плане спорт — очень жестокая вещь. Что касается БАТЭ, то в России к нему отнеслись с большой теплотой, и я тоже переживал за борисовчан. Правда, не в матчах с “Зенитом”. И то, чего они добились, для меня большой сюрприз.
А знаешь почему здесь за них болели? От игры БАТЭ веяло чистотой. И за этот подарок, который он сделал своему народу, на месте руководителя государства я бы его наградил.
Мне кажется, в этой команде еще во времена Пунтуса ставка делалась на молодых доморощенных футболистов, и это принесло плоды. Тренеры менялись, а система работает. К тому же в Борисове хороший коллектив. Я общался со знающими людьми, и они это утверждают в один голос. Очень редкое явление, когда команда живет как одна семья.

— Ты в своей карьере часто встречал семейные отношения внутри трудового коллектива?
— Почти никогда. Наиболее комфортно мне было в минском “Динамо” где-то на четвертый-пятый год моего там пребывания. Но развалился союзный чемпионат, и я об этом очень жалею.

— С другой стороны, появилась серьезная международная альтернатива. Кстати, что ты испытывал, когда впервые надел майку национальной сборной Беларуси?
— Первый матч состоялся в 92-м против сборной Украины. По сути, я должен был стоять с другой стороны.
У меня всегда была позиция, схожая со взглядами Аудрюса Жуты — националиста в хорошем смысле этого слова. Он не представлял себя ни в какой иной форме, кроме как в литовской. И я, собственно, имел такие же виды на родную украинскую сборную. Но она и не думала меня приглашать, так что, поразмыслив, я ответил согласием на предложение белорусов.
Знаешь, кровь не обманешь, я все равно болею за сборную Украины. И мой родной гимн — украинский, и если я тебе буду говорить, что при звуке белорусского у меня по коже бежали мурашки, то, наверное, согрешу против истины. Но были ответственность и желание не ударить в грязь лицом, отдать все силы. Это и помогло нам обыграть голландцев.

— Этим воспоминанием тебя, наверное, уже прибили. Новое поколение запомнит Герасимца исключительно как автора единственного гола в знаменитом поединке с голландцами в 1995-м.
— Если в Беларуси меня помнят по этой игре, то уже хорошо. Есть же многие неплохие футболисты, которые вообще ни с чем не ассоциируются.

— Отдавая должное национальной сборной первого призыва, в ней хватало харизматических личностей, которые и по сей день на слуху. Один только Валера Шанталосов чего стоит… Ты, кстати, веришь, что договорные матчи на уровне сборных могут существовать?
— У белорусской сборной в этом плане очень плохая репутация.

— Вот те раз…
— Я не понимаю, почему все накинулись на Шанталосова. Почему никто не вспоминает игру с Украиной в 2001 году? Валера ведь тогда в воротах не стоял. Такого ажиотажа, как вокруг матча Беларусь — Украина, не было давно, билеты невозможно было достать, ничья давала нам отличные шансы на второе место. А что я увидел на футбольном поле? Я был просто оплеван.
Почему никто не вспоминает следующий матч с Уэльсом на выезде? Он никому подозрительным не показался?
Что касается Валеры, то я от него не отвернулся и не отвернусь, потому что мы вместе играли. Ну а если что-то было, то бог ему судья. Я просто против того, чтобы крайним оставался один человек.
Мне вообще кажется, что здесь идет какое-то личное сведение счетов, которое превысило все разумные пределы. Правда, не знаю, кому это надо и зачем…

— Тебе приходилось принимать участие в договорных матчах?
— А ты как думаешь?

— Думаю, что да.
— Договорные игры бывают разные.

— Я имею в виду за деньги, а не распиливание домашних и выездных очков.
— Один раз. И я об этом очень жалею. Не буду объяснять все тонкости ситуации, могу сказать лишь то, что нас было восемь человек.
На самом деле я ярый противник подобных вещей, потому и говорю об этом вслух. Это как у одного руководителя недавно спросили: “Есть ли договорные игры в премьер-лиге?” — “Нет”. По этому ответу виден уровень руководителя, какой он честный и какой у нас чемпионат.

— Чего ты вообще паришься? Уверен, что из пресловутых восьми человек большинство забыли о том матче и их ничуть не терзают муки совести. А ты что, особенный?
— Какой я особенный? Просто делать этого не должен был, а по сути все и организовал. Предыстория такова.
Звонок в дверь. Приезжает игрок команды, которая вылетала. Заходит, мы с ним общаемся, и в процессе беседы он предлагает определенную сумму денег. Говорит, что трое в нашей команде деньги уже взяли, так что от меня ничего не зависит. Единственное, что удалось сделать, так это сплотить вокруг себя ГКЧП, и это уже не было так гнусно и мерзко, как могло быть.
Мы собрались и решили, что будем сдавать.

— А почему именно восемь?
— Имелись нюансы. Были возрастные игроки, которые никогда не пошли бы на это. А молодых можно было и не посвящать. Мы собрали костяк команды, который прошел весь сезон. Восемь сволочей… Нельзя было этого делать. В итоге все равно на меня подумали больше чем на кого-либо.

— Организаторам традиционно больше других достается.
— Так и должно быть. Вообще, это определенное искусство — сдавать игры. Это тоже надо с умом делать. В России хватает футболистов, сидящх на подобном крючке.
Сейчас расскажу случай, о котором никогда никому не говорил. В 19-летнем возрасте я ездил в ГДР. Тогда 300 рублей меняли, и они вдруг закончились, а я еще хотел двоюродной сестре туфли привезти. Показалось, что никто не смотрит, я их потихоньку стащил. А меня взяли за руку. Перепугался до смерти…

— Ну, это со многими спортсменами бывает, из одних только футболистов можно целую команду составить…
— Это был для меня урок на всю жизнь. Я никогда больше ничего не брал и не возьму. Потому что расплата за минутную слабость — когда кажется, р-раз — и ты можешь решить какие-то сиюминутные проблемы, всегда бывает гораздо серьезнее, чем мы можем себе представить.
В Казахстане работал. Играли с Актюбинском, к нам пришел их менеджер. Наш генеральный директор тоже сел рядом. Говорят мне: “В прошлом году тренер, который до тебя работал, отказался от нашего предложения и на этом погорел. Так что не повторяй чужих ошибок”.
Ну и предлагают отдать игру за деньги, а это уже мое дело, как все обставить в команде. “Мы тебе потом три игры подряд купим”. Я отказался. Потому что это безнравственно как по отношению к игрокам, так и к болельщикам. И прекрасно отдавал себе отчет в том, что с этого момента наживу кучу неприятностей. И действительно, били нас потом судьи так, что подобного беспредела вообще никогда не видел.
Знаешь, что самое неприятное было в том единственном матче, который я сдавал? Стыд перед теми, кто не знал. Они ведь всерьез играли… А деньги те все равно счастья не принесли.

— А я вот все думаю, почему вы тех троих не посвятили?
— Потому что среди них был футболист, который стопроцентно сказал бы “нет”. А когда один человек отказывается, то команда “договорняк” играть уже не станет.

— Святой, видно, был человек. Ты таких много в своей жизни встречал?
— Я думаю, есть команды, где такой вопрос не встает в принципе. Наверное, это киевское “Динамо”. Имею в виду проданные матчи, когда в этом участвует несколько игроков. А когда команды расписывают очки, то это в порядке вещей.

— Все как в обычной жизни… Все продается и покупается.
— А я вот не продаюсь. И жена моя не продается. И меня никогда не предаст. И родители тоже не предадут. Дети, надеюсь, такими же вырастут.

— Мне почему-то кажется, что с такой психологией трудно работать во второй российской лиге.
— Конечно, это не то, чего бы мне хотелось, но так складывается ситуация. После “Локомотива” я получил категорию “А” и могу тренировать клуб первого российского дивизиона. Но это непросто…

— Да понятно. Клубов мало — тренеров вагон. Надо в струю попасть.
— Нужно иметь поддержку, связи, чтобы кто-то тебя лоббировал. Получилось, что нашел место только во второй лиге. У Эдуарда Васильевича.

— Какой Малофеев молодец, не забыл минского динамовца…
— Это была не его инициатива. Они меня давно приглашали, и к Эдуарду Васильевичу я пошел, потому что знаю его как квалифицированного тренера, у которого можно многому научиться.

— Но вообще-то ты всегда считался человеком Бышовца. Это хорошо тогда, когда он в фаворе. При любом другом варианте все его враги автоматически становятся твоими.
— Ты правильно рассуждаешь. Как говорил Жванецкий: “Нельзя безнаказанно жить в Киеве”. И за работу с Анатолием Федоровичем расплачиваюсь не только я, но и Вася Кульков, который не может найти себе применение в родном “Спартаке”.

— А с другой стороны, у тебя много вариантов трудоустройства именно ввиду твоей чрезвычайно интересной карьеры игрока. Киев для тебя родной, Минск тоже, да и Питер чужим назвать никак нельзя… Везде знакомые и друзья…
— Ситуация и сейчас неплохая. Уверен, что та цель, которую я перед собой поставил, обязательно будет достигнута. Как, впрочем, и все предыдущие.
На самом деле хочется работать с теми, кто настроен что-то отдавать футболу, а не только брать. Хочется видеть людей с горящими, как у тех же борисовчан, глазами.

— Тогда вам повезло со специалистом, умеющим эти глаза зажигать. Малофеев — кто лучше него с такой ответственной задачей справится? Правда, хорошо бы ему еще и с собой для начала сладить…
— Мы как-то ехали с ним вместе, и он признался: “Да, раньше поддавал, а сейчас все”. И действительно, теперь нет никаких проблем в этом отношении. Во всяком случае, я его всегда вижу в нормальном состоянии.

— А ты сам как к этому делу?
— В этом плане я нормальный, никакой зависимости от спиртного у меня нет. Но я отлично знаю, что это такое, когда человек не может себя конт
ролировать и, что называется, плотно садится на стакан. Это беда и для него, и для окружающих.

— Да, много футболистов пострадало от “зеленого змия”…
— Это катастрофа для всей страны. Хотя с тех пор как на кону появились большие деньги, футболисты стали пить гораздо меньше. Только глупый человек сейчас сделает выбор в пользу такого сомнительного увлечения, как алкоголь.

— А ты заметил, что больше всего простые люди любят как раз тех, кто может наплевать на большие деньги и творить все, что душа пожелает?
— Так это раньше было… Кто там маячил в первых рядах: Пол Гаскойн, ну Гена Тумилович…

— Так за что же нам теперь футбол любить — смотреть, как миллионеры старательно собирают деньги на спокойную старость? Где живые люди, смелые высказывания без оглядки на свою, извини, задницу?
— К сожалению, я вынужден с тобой согласиться…

— Чьи интервью в прессе ты читаешь с большим удовольствием? Кто тебе симпатичен из нынешних фигур большого футбола?
— Тот, кто занимается делом. Слуцкий, например. Он говорит то, что думает, и анализирует то, что видит. От него не исходит ложь, он честный человек, умеющий признавать свои ошибки. И этим тренер “Крыльев” мне симпатичен.
А когда человек покупает ряд игр и команда удерживается в премьер-лиге, а он во всеуслышание заявляет потом, что оставил клуб в высшем дивизионе, то, извини за выражение, хочется блевать от такого спасения.
Но таких, как Слуцкий, мало. Гораздо больше людей, приходящих в команду и очищающих до нитки регион, который долго потом еще не может прийти в себя. Затем они перевозят всю труппу в другое место и снова начинают подрывную народно-хозяйственную деятельность.
Все это происходит от недостатка менеджмента. Везде нужен хозяин, который разбирается в футболе и прежде всего выстраивает систему, в которой нет места проходимцам и случайным людям…

— Короче говоря, в Борисове Капскому надо ставить памятник.
— Ну, не знаю как памятник, но он заслуживает всяческого уважения. Жалею только, что уровень чемпионата Беларуси будет немного прибивать все, что делает этот человек. Для того чтобы расти, нужно играть против сильных противников и на заполненных до отказа стотысячных стадионах. А мне сложно представить, какую мотивацию Кривец или Нехайчик смогут отыскать в Сморгони при 500 болельщиках.

— Мадридских или туринских воспоминаний обычно хватает на один-два матча, когда противник из чемпионата страны буквально разбирается по составляющим.
— Я помню, как мы после “Вердера” приехали в Речицу. Было такое чувство, что в гости к школьникам прибыли профессора. Мы творили с хозяевами все что хотели, и в их глазах я читал только одно желание — чтобы матч быстрее закончился. Так что я испытал эти контрасты на собственной шкуре. Все разом можно потерять, если не иметь регулярного спарринга с ведущими клубами Европы.

— А тебе для того, чтобы расти как тренеру, тоже нужен ведущий клуб, или в вашей профессии можно прогрессировать даже в середнячке?
— Тренерское ремесло все-таки имеет свои особенности. Можно прибавлять в КФК и деградировать в премьер-лиге.
Знаешь, больше всего меня восхищала киевская система. Она не давала сбоев и всегда приносила результат, но при этом никогда не считалась с личностями, подминая всех под себя. А я не человек системы и поэтому в команде своей мечты не сыграл ни одного матча, разве что только за дубль.
Ты не представляешь, чем для меня было киевское “Динамо”. Это как для верующего, наверное, Папа Римский. А потом я туда попал… Но это детское еще преклонение помешало мне стать там своим по-настоящему. Надо было отбросить магию имен и авторитетов, а я этого сделать не смог.

— Жалеешь о неиспользованном шансе…
— Ты знаешь — нет. Я долго размышлял по этому поводу и пришел к выводу: не остался там только потому, что должен был встретить Татьяну.

— Но ты встретил ее в Минске уже будучи женатым мужчиной и отцом двоих детей…
— Я ведь очень долго не мог уйти из первой семьи, потому что дети были маленькими. Да и вообще я не считаю, что ушел оттуда. Дети постоянно со мной, сыну сейчас 21, дочке 17, и они члены моей семьи.
Хватило мозгов вовремя понять, что жить вместе только ради детей нельзя. Я не хочу говорить что-то плохое про мою первую супругу, она тоже сыграла в моей жизни свою роль, но судьбе было угодно, чтобы мы с Таней встретились в Минске. И это главная встреча в моей жизни, а не с голландцами.
За время нашей супружеской жизни не было даже такого, чтобы я выпивал где-то вне дома. Если у нас есть какая-то ситуация, то мы решаем ее вместе. И это мне очень нравится. Так что Таня — это мой тыл и опора.

— Ты себя считаешь хорошим тренером?
— Я — тренер, созревший для больших дел. Мне этого не хватает, и я задыхаюсь без серьезной работы. Для тренера сегодня самое главное — контакт с игроками, объективное отношение к каждому, умение сделать коллектив, объединить и зарядить людей одной целью.
И когда я работал главным, то мне это удавалось. Если посмотреть с другой стороны, какой я для руководства, то… Недавно меня рассматривали на должность главного тренера одной из команд.
Президент сразу сказал: “Давай договоримся, что во время игры твоя трубка все время будет включена и в любое время я смогу позвонить и высказать свое мнение. Это не значит делать все, что скажу, просто будешь знать, что я думаю”.
Ну я и ответил, что если он хочет, чтобы мы стали всеобщим посмешищем, то я не против. Он аж взбеленился, мол, как же так — бабки получать из моих рук можешь, а в простом желании навстречу не идешь? Ну, естественно, в этом клубе я работать не стал, взяли другого. Правда, его уволили уже и заодно на прощание облили грязью. Вот и думаю, что для руководства я человек сложный и некоммуникабельный.

— Для нормального президента, по-моему, ты весь прозрачный и понятный.
— А где такого найдешь?
У нас в “Локомотиве” такие вещи творились — уму непостижимо. Спахич всю тренировку умышленно бьет по ногам новичка и тем самым инициирует стычку. Бышовец выгоняет юга, а когда занятие заканчивается, выясняется, что Спахич уже переговорил обо всем с Липатовым — председателем совета директоров — и чувствует себя абсолютно вольготно.
Какие рычаги воздействия на спортсмена могут быть у тренера в такой обстановке? На мой взгляд, президент должен общаться с игроками только в исключительных случаях. Если футболист через голову главного идет к руководству решать какие-то свои проблемы, это говорит о слабости системы управления в клубе. Ничего такая команда не выиграет. Если, конечно, все матчи не купит…
Раньше футболисты причины плохой игры искали в себе, а не в тренере. А сейчас крайним оказывается кто угодно, но только не сам игрок. Меня поразил этот факт, когда столкнулся с ним в “Локомотиве”. Абсолютное большинство футболистов именно так и думало.

— Неадекватные зарплаты испортили людей.
— Легкие деньги… Мне рассказывали историю о Гарри О”Конноре, который пришел в “Локомотив” простым парнем. Приподнявшись, он взял за правило возвращаться с тренировки очень простым способом, минуя знаменитые московские пробки. Просто выезжал на центральную разделительную полосу, которая считается правительственной, и смело по ней рулил.

— А милиционеры?
— На протяжении маршрута они останавливали его раз восемь. В каждом случае этот простой парень просовывал в окошко 1000 рублей и ехал дальше. Или еще пример. К одному из легионеров прикреплен водитель с автомобилем. В выходной день игрок вызывает машину, та добирается к нему через все московские пробки, футболист садится, проезжает 100 метров до ближайшего супермаркета, делает покупки и возвращается домой… “Спасибо, вы свободны.”
Когда я увидел, как в этом клубе деньги летят буквально на ветер, мне стало жутко.
Все неправильно, все поставлено с ног на голову. Мы только делаем вид, а на самом деле обманываем себя.
Для меня очень приятный показатель, что открыто попытался высказаться тренер Косогов из клуба “Волочанин”. Кстати, это в Питере было. Он начал объяснять, каким макаром в премьер-лигу вышел “Терек”. Естественно, доказать ничего не смог, и этого тренера оштрафовали на 100 тысяч рублей.
Но самое интересное — никто не сомневается, что Косогов сказал правду. Думаю, даже комиссия, которая занималась расследованием этого случая, понимала: тренер ничего не придумал. Что она могла ему посоветовать? “Дурачок, не говори этого прилюдно, на камеру…”

— Почему в России так всегда: если человек говорит правду вслух, то он обязательно дурачок?
— Ну а что? Думаю, для него 100 тысяч имеют значение. Человек потерял деньги, и к тому же его постоянно тягали на всякие заседания, отрывали от работы…

Мы молчим. О чем говорить, когда и так все ясно? Вечерний Невский за окном Серегиной квартиры будто подмигивает нам одним из своих бесчисленных сверкающих глаз: мол, ребята, да не занимайтесь вы ерундой. Так уж устроен человек, и все попытки бороться с его природой обречены на поражение. Так что будьте как все, чтобы, заработав “бабла”, сполна познать все радости жизни…
Но ведь странная штука: блеск огней уже не манит к себе так, как когда-то, и простые истины, открываемые где-то на четвертом десятке жизни, уже не кажутся нелепыми и смешными. И ведь действительно в жизни деньги ничего не решают, потому что за них нельзя купить самое главное — дружбу, любовь и просто уважение других людей.
Я благодарен Сергею за откровенность. И это не реверанс ободренного творческой удачей журналиста — в гробу я ее видел. Спасибо за правду, потому что без нее невозможно жить.
Мы и так уже заигрались в эту матрицу — с искусственными футболистами, командами и целыми чемпионатами, которые при желании тоже можно купить. Весь целиком или по частям. Всех нас в куче или каждого по отдельности. Вопрос только в цене.
Мне почему-то кажется, что он тоже думает об этом, герой Беларуси 1995 года, по странной иронии судьбы работающий сейчас в северной столице России вместе с другим героем — года 1982-го.
Нет, продаваться нельзя… И, словно продолжая мою мысль, наш герой рассказывает еще одну историю из не совсем далекого прошлого — из того же 95-го…

— Мы принимали дома чехов, а тем позарез нужны были очки. Я тогда в Израиле играл, и в Бней-Иегуду начали названивать руководители федерации и спрашивать, не обращался ли ко мне кто-нибудь с соответствующей просьбой. Я приехал в Минск, и слухи подтвердились: чехи в самом деле хотели купить у нас игру.
Действия главного тренера, а им тогда был Боровский, меня поразили. Он собрал нас в комнате, сказал: “Решайте сами” — и вышел.

— А вы?
— А что было решать? Мы же не из-за денег в сборную приезжали. У нас тогда, кстати, хорошая команда подобралась. Зыгмантович подъезжал из Испании, Метлицкий, Шуканов, Гуринович. Мы вышли и сыграли. Проиграли, правда, но в честной борьбе. Потому что родину продавать нельзя…

Серега вздыхает, и мы идем на кухню пить чай вместе с его главной — не голландской вовсе — победой в жизни…

Сергей Щурко, Прессбол

“Как буря гонит тучи сквозь сумрак, не зная пути, так и судьба гонит человека в край ледяной ночи”. (c)

Лутц Пфанненштиль - в 20 лет отклонил предложение мюнхенской Баварии. Талантливый голкипер, успевший поиграть за молодёжную сборную Германии, дублю Мюнхена предпочёл лигу высшую, пусть и в Малайзии. Так Лутц Пфанненштиль вышел на тропу странствий и путешествий. С тех пор прошло 15 лет. За это время Лутц сменил более 20 клубов, успев поиграть на профессиональном уровне на всех континентах. К слову сказать, это единственный случай в футбольной истории. Если Лутц Пфанненштиль, когда-нибудь решит написать книгу о своих футбольных странствиях, уверен она будет толще, а быть может и популярней- “1001 ночи”. В каждой команде, в каждой стране, с Лутцем происходило что-то невероятное.
Самая ужасная история случилась с ним в Сингапуре, в году 2000. Лутц попал в тюрьму, по обвинению в манипуляции игр. Попросту, за деньги, основной вратарь команды “Гейланг Юнайтед”, обеспечивал нужный результат. По мнению обвинения, таких игр было три, и получил Лутц за них 9900 долларов. В общем дело обыденное, да не совсем. Два из трёх матча “Гейланг Юнайтед” выиграл, а одну игру свёл вничью. При этом Лутц был лучшим игроком на поле. Это-то и показалось странным. Лутца обвинили, фактически, в слишком хорошей игре, подозрительно хорошей!!!
Лутца приговорили к пятимесячному заключению. При выплате суммы в 100000 долларов, Пфанненштиль мог бы быть свободен. Услышав от судьи такое предложение, Лутц вывернув карманы джинс заметил: “Карманы пусты, может в бардачке моего автомобиля что завалялось, пойду посмотрю”. Судья шуток не понимал и Лутцу пришлось отсидеть три с небольшим месяца. Отсиживал он их в земельной яме, температура в которой доходила до 45 градусов жары, в общем настоящий ад. Через 101 день над ним сжалились и попросту депортировали из страны.
Двумя годами позже, с вратарём- путешественником произошла не менее удивительная история. На этот раз правда со счастливым концом. В рождественские дни- года 2002, Лутц Пфаннештиль умер. Защищая ворота клуба Брэдфорд Парк Авеню, что играл тогда в третьей английской лиге, Лутц столкнулся с нападающим противника. Все попытки врачей, привести Лутца в сознаниe, окончились провалом. На вертолёте, нашего героя доставили в больницу, где он к радости всех присутствующих, вдруг неожиданно- ожил. А как оно могло быть иначе, ведь путь свой, Лутц Пфаннештиль ещё не окончил…

1991: 1993- Германия, клуб Бад-Кёцтинг
1994- Малайзия, клуб Пенанг
1994- Финляндия, клуб Тампере Юнайтед
1994: 1995- Англия, клуб Уимблдон
1995- Англия, клуб Ноттингем Форест
1995- Бельгия, клуб Сент-Трюйдент
1995- Мальта, клуб Хамрун Спартанс
1996- Сингапур, клуб Сембаванг Рейнджерс
1996- ЮАР, клуб Орландо Пайрэтс
1996: 1997- Англия, клуб Ноттингем Форест
1997- Финляндия, клуб ТПВ
1997- Финляндия, клуб Хака
1998- Финляндия, клуб Исалми
1997: 1998- Англия, клуб Ноттингем Форест
1998: 1999- Австрия, клуб Вакер Бургхаузен
1999: 2000- Сингапур, клуб Гейланг Юнайтед
2001- Новая Зеландия, клуб Данидин Текникал
2001- Англия, клуб Брэдфорд Парк Авеню
2001: 2002- Германия, клуб Хам
2002- Новая Зеландия, клуб Данидин Текникал
2002: 2003- Англия, клуб Брэдфорд Парк Авеню
2003- Новая Зеландия, клуб Данидин Текникал
2003- Норвегия, клуб Берум
2004- Канада, клуб Калгари Мустангз
2004: 2006- Новая Зеландия, клуб Отаго Юнайтед
2006: 2007- Албания, клуб Влажния
2007- Норвегия, клуб Берум
2007- Канада, клуб Ванкувер Уайткэпс
2008- Бразилия, клуб Херманн Айхингер
2008- Норвегия, клуб Флеккерой

fussballland

Истории футбола известны множества случаев, когда футболисты, до конца карьеры, хранят верность одному клубу. Когда-то подобная верность и вовсе считалось в порядке вещей, сейчас это скорее редкость, но всё-же и она имеет место быть…

Знаменитый Фриц Вальтер отклоняя очередное предложение всегда повторял- “Deh?m is deh?m. ( Дом есть дом!)”. Его домом был небольшой, провинциальный Кайзерслаутерн. Там он познакомился с футболом, оттуда уходил на войну, туда и вернулся- чтоб продолжить играть.

Уве Зеелер, легенда гамбургского футбола, в своё время отклонил предложение, о переходе, миланского Интера, подкрепленное 1200000 марок. Огромные по тем временам деньги. Но Зеелер мечтал играть лишь за один клуб, за свой родной Гамбург.

Маноло Санчис всю свою футбольную карьеру посветил одному клубу- Реал Мадрид. За королевский клуб он, с 1983 по 2001 год, провёл 686 матчей в которых забил 42 мяча. Любовь к Реалу он унаследовал у своего отца, который защищал цвета столичного клуба с 1964 по 1971 год. Такая вот верность.

Итальянцы известны своим темпераментом, что не всегда сочетается с верностью. Но и здесь мы можем встретить футболистов, которые свои пристрастия не меняют. К примеру Франческо Тотти. Франческо родился в Риме. В Риме вырос. В Риме живёт. И с его слов, Рим никогда не покинет. За Рим он играет и в футбол. Римский футбол- это конечно клуб Рома.
Когда Франческо исполнилось 15 лет, в родительский дом пришли скауты другой римской команды- Лацио. Цель их визита думаю понятна. Мама Франческо, сеньора Фиорелла Тотти, выслушав гостей, не повышая голоса, заметила: -” Мы порядочная римская семья, в которой уже семь поколений называют себя “романисти”, с крестьянами из Лацио нам говорить не о чем. Баста!”.

Паоло Мальдини. С 10 летнего возраста Паоло в Милане. Детские, юношеские команды, а с 84 года и первый состав великого клуба. На всё про всё у Паоло ушло 29, долгих, лет. Этот путь может показаться ещё более впечатляющим, если к этим годам добавить и те 12 лет, что отдал “розонери” отец Паоло- Чезар Мальдини. Да и точку в конце это пути ставить пока рано, за детскую команду Милана играет 12-летний сын Паоло. Кристьяна уже сейчас называют носителем традиций семьи Мальдини и пророчат мальчишке большое будущее.

Есть люди, которые при упоминании имени Ли Тиссье начинают грязно ругаться. Другие тут же начинают петь ему гимны. “Толст, ленив” - говорят одни. “Футбольный бог” - отвечают другие. Ли Тиссье фигура очень противоречивая. Бог наделил его футбольным даром. Природа ленью. В одном сходятся все спорщики, подобного “Le God” таланта, английский футбол, по сей день, так и не родил. Именно очевидность дарования Ли Тиссье и рождает споры вокруг него. Одни просто почитают его талант, других же раздражает его нереализованность. В одном не может его упрекнуть никто. В отсутствии характера. Сказал как отрезал. Сделал выбор, на нём и стоял. Закончив футбольную школу Саутгемптон(а), подписал с клубом контракт. С 1986 по 2002 год, Мэттью служил клубу, в пользу которого сделал когда-то свой выбор. Как не пытались европейские гранды заполучить Ли Тиссье, он раз за разом отвечал им отказом.

fussballland

Сорок лет назад лотерею “орел-решка” заменили серией послематчевых пенальти. Тоже лотереей, но уже не совсем. О хитростях вратарей рассказывает Виктор Чанов.

На Евро-2008 время плей-офф, богатое на пенальти. Два четвертьфинала закончились послематчевыми сериями 11-метровых… Мы попросили бывшего вратаря “Динамо” и сборной СССР Виктора Чанова, считавшегося специалистом по пенальти, приоткрыть секреты, помогающие победить в этой лотерее.

“Конечно, у меня были свои секреты. — говорит Чанов. — Перед ударом вратарь обычно “качает” бьющего, делает движение влево или вправо. У меня был такой прием: если я “качал” влево, то влево обычно и падал. Потому что у бьющего срабатывает психология: если вратарь показывает влево, значит, прыгать будет в другую сторону. И на этом их ловил. Кстати, в серии пенальти между Испанией и Италией, Касильяс все время так делал: куда показывал, туда и прыгал. А Буффон дважды сделал не так”.

Другой момент: “В серии послематчевых пенальти вратари нередко выбирают один угол и прыгают все время туда. Если даже все соперники очень хорошо будут пробивать, один мяч из пяти он обязательно возьмет. Бьющие, как правило, не верят, что вратарь может все время прыгать в один угол”.

Есть еще масса нюансов, за которыми можно следить: куда бьющий бросит последний взгляд (инстинктивно — в тот угол, куда собирается послать мяч), как ставит корпус (по идее, разворот плеч выдаст направление), постановка опорной ноги (если правша сильно опирается на левую ногу, скорее всего, бьет вправо), угол разбега (чем левее разбегается правша, тем больше шансов, что ударит вправо)… Но раскусить на этом можно только неопытного пенальтиста. Для опытного не проблема разбежаться по центру, посмотреть вправо, а пробить влево.

Но есть же еще и превентивные меры — вывести пенальтиста из себя! Тут и взгляд глаза в глаза, “танцы” на линии ворот, смена перчаток и завязывание шнурков. По возможности, стоит шепнуть пару-тройку слов пенальтисту. Есть и совсем некрасивые приемчики, которые в большом-большом футболе увидишь редко: например, требование вратаря установить мяч ровно по центру 11-метровой отметки или просто плевок на мяч.

“В командах есть штатные пенальтисты, это люди прежде всего с хорошими нервами, и их манеру бить пенальти вратари обычно знают, во всяком случае, я по чемпионату Союза знал, — говорит Чанов. — У нас в “Динамо” у нас штатными пенальтистами были Буряк, Беланов. Леша всегда бил на технику, а Беланов — на силу, вообще не глядя на вратаря. Буряк же всегда смотрел на голкипера и делал очень большую паузу, чтобы уже окончательно убедиться — куда он будет падать. Очень хладнокровно исполнял”.

Частенько в послематчевых пенальти промахиваются главные звезды команд. Гениальный технарь Баджо в финале ЧМ-94 вдруг ударил на силу — мяч полетел выше ворот, чемпионом стала Бразилия. Бекхэм не забил в четвертьфинале Евро-2004, и дальше пошла Португалия. Платини, в свой день рождения, ударил выше ворот в четвертьфинале ЧМ-86. Шевченко не забил “Ливерпулю” в финале ЛЧ-2005 и сборной Швейцарии на ЧМ-2006. И т. д… Свежий пример: финал последней Лиги чемпионов — послематчевый пенальти у “МЮ” не реализовал только Криштиану Роналду.

Чанов объясняет просто: “На них лежит большое бремя во время игры. И они нередко бьют в серии первыми — и не выдерживают. На фоне огромной усталости сдает психология”. Может тогда не стоит взваливать эту ношу на лидеров? “А у нас послематчевые пенальти, в основном, защитники и били”.

В этом году футбольному пенальти исполнится 117 лет. Придумал ирландец Уильям Макрам, желая устранить тактические фолы: защитники не стеснялись сбивать нападающих перед воротами, потом выстраиваясь стеной на штрафной удар. Первый пенальти пробил футболист “Вулверхэптона” Джон Хит в ворота “Аккрингтона” 14 сентября 1891 года — пробил удачно.

А послематчевые серии появились в международных турнирах с сезона 1970/71. До этого после ничьих в плей-офф бросали монетку. Как, например, в полуфинале чемпионата Европы-68, когда “решка” помогла Италии пройти СССР.

Алексей Пономаренко, газета “Спорт Сегодня”

Очередной раз наткнулся на корявенькую подборку «Интересно о звездах». На сей раз на сайте Кержакова. http://www.kerzhakov.net/fun-o-zvezdah.htm
Я уже давно (года три назад) на сайте автора этой подборки указал на несколько ошибок. Исправлены ошибки не были. Повторю их сейчас, чтоб и вы знали.
Однажды легенда итальянского футбола Франко Барези (1960 - …) вместе со своим старшим братом явился на просмотр в юношескую команду «Интера». Однако тренерам приглянулся лишь один из братьев - старший! - а самому Франко попасть в большой футбол помогла самая что ни есть случайность. Но это — совсем другая история.
Бред. Взяли более старшего из братьев - Джузеппе. А младшему сказали подождать. Отбором занимался тренер Гальбьяти. Спустя год Гальбяти перешел в селекционеры «Милана». Спустя еще год позвал Франко Барези за прогрессом которого продолжал наблюдать. Случайности тут никакой не было.

В 1930 году аргентинец / итальянец Раймундо Орси (1901 - 1986) в матче с португальцами забил невероятный гол, закрутив мяч в ворота, подавая угловой. Историки футбола считают, что это был первый гол, забитый именно таким образом.
Не мог он это сделать в 1930 году. Поскольку подобный гол был забит Орси 12 апреля 1931 года в ворота сборной Португалии. А вот насчет историков, считающих, будто он был первым - полный бред. Поскольку знаменитый гол хавбека «Эвертона» Сэма Чеджзоя (Sam Chedgzoy) состоялся в 1926 году. Судья гол засчитал, несмотря на протесты игроков «Тоттенхэма». После этого гола экспертами Футбольной ассоциации было подтверждено, что прямой гол с углового можно засчитать, если было не более одного касания мяча пробившим игроком. За Чеджзоем после этого закрепилось прозвище «корнеред». Правда, использовалось уже не в Англии. 37-летний игрок эмигрировал по окончании сезона в Канаду, где стал одним из лидеров чемпионата страны.

Когда в 1961 году «Спортинг» вызвал португальца Эйсебио (1942 —…) на просмотр, люди из «Бенфики» похитили юного африканца буквально с трапа самолёта, приземлившегося в лиссабонском аэропорту. Некоторое время, пока не улеглись страсти, клуб скрывал его в надёжном потайном месте.
Еще более феерический бред. Эйсебио открыл скаут «Бенфики» Баптишта. Он пригласил для подписания контракта технического директора клуба Фернанду Каяду. Эйсебио прибыл в «Бенфику» под руководство Белы Гутмана. «Спортинг» о существовании в Мозамбике футболиста по имени Эйсебио даже не подозревал.
А вот плэймейкер «Бенфики» 60-х годов великий игрок Мариу Колуна как раз и был приглашен лиссабонским «Спортингом». Отец Мариу, болельщик «Бенфики», позвонил их скауту, некогда известному футболисту сборной Бразилии Жозе Бауэру. Тот позвонил в офис клуба. Прямо с трапа самолета Колуна был привезен в офис «Бенфики». Эта история часто упоминается, поскольку был приобретен игрок, которого никто из руководства клуба никогда в деле не видел. Свою роль сыграл авторитет скаута. В 1950 Жозе Бауэр стал финалистом чемпионата мира. А в 1954 году был капитаном сборной Бразилии на следующем турнире. Именно благодаря его звонку и был перехвачен юный талант. В истории «Бенфики» Колуна занимает второе место после Эйсебио.

Однажды каким-то образом отец испанского вратаря Рикардо Заморы (1901 — 1978) заставил сына поклясться, что тот возьмётся за учёбу и не будет играть за »Эспаньол» хотя бы до получения диплома. Рикардо поклялся и сдержал клятву. За «Эспаньол» он больше не выступал, поскольку… стал вратарём «Барселоны».
Опять бред. Открываем биографию Заморы. Родился в 1901 году. «Эспаньол» (1915-1919), «Барселона» (1919-1922), «Эспаньол» (1922-1930 год). Это он в 29 лет обещание дал?
Кстати, следующие клубы мадридский «Реал» (1930-1936), французская «Ницца» (1936-1938).

6 февраля 1958 года всю мировую общественность взбудоражила авиакатастрофа, в которой погибло 28 пассажиров, среди них — 8 футболистов «Манчестера». Невероятным образом фортуна сохранила для нас, к примеру, Бобби Чарльтона (1937 -…), кресло с ним взрывная волна отбросила на 50 метров от обломков самолёта.
Взрывная волна? Обледеневший самолет не смог набрать высоту и упал на нежилой дом. Потом загорелся. Чарльтона выкинуло от удара вместе с сиденьем. Если бы самолет взорвался, то из 44 пассажиров и членов экипажа, находившихся в самолете, выжил бы не 21 человек, а меньше.

Удивительно, но датский голкипер Петер Шмейхель (1963 —…) всерьёз увлекается не только музыкой (1996 году он выпустил свой первый компакт-диск с композициями, посвящёнными проходившему в тот год в Англии Чемпионату Европы), но и… свиноводством, владея двумя фермами в Дании.
Конечно, Шмейхель вырос в музыкальной семье. Даже отлично играет на гитаре и ударных. Но вот сингл «We can do it again» датского исполнителя Gry Luka, где Петер исполнял партию ударных и спел чуток бэк-вокалом называть его альбомом слегка некорректно. А про владение фермами - мало ли кто вложил деньги в различный бизнес. Ну, купил он родственникам пару фирм в Дании. И как на самом-то Шмейхеле это отразилось? Ведь с 1991 года Петер играл за «Манчестер Юнайтед».

Во время финального матча Чемпионата мира 1958 года (между шведами и бразильцами) известный французский футбольный обозреватель Габриель Ано попробовал вычислить «коэффициент точности» передач великого Диди (1929 — 2001), и оказалось, что бразилец не ошибся ни разу. Не зря его партнёры по команде утверждали, что он с любой точки поля может попасть мячом в монету.
Ну, не только в этом матче. Диди, собственно, и был признан лучшим игроком турнира.

Секрет виртуозности уругвайца Хосе Леандро Андраде (1901 — 1957) кроется, вероятно, в том, что Андраде, начинавший играть ещё до официального введения профессионализма в уругвайском футболе, на жизнь зарабатывал… искусством танца — он превосходно исполнял румбу и танго.
Так и есть. Но основной танец в Уругвае тех лет - кандомбле. Именно искусство танцора позволяло ему двигаться необычайно пластично и обладать феноменальной координацией.

Всего в чемпионатах Голландии и Италии защитник (!) по амплуа Рональд Куман забил 193 мяча, став самым результативным защитником в истории мирового футбола.
Вообще-то верно. Действительно в чемпионатах Рональд Куман забил 193 гола. Только в Италии он не выступал. Играл в Голландии и Испании. А всего в чемпионатах, кубковых матчах и играх за сборную забил 252 гола.

В 1954 году игрок сборной Франции Жюст Фонтэн (1933 - …) с 13-ю мячами стал лучшим бомбардиром Чемпионата мира, а заодно и всех чемпионатов, потому что его рекорд до сих пор так и не побит.
Роналдо забил на чемпионатах мира 15 голов. Герд Мюллер – 14. Но вот по результативности на одном турнире Фонтэну, действительно, нет равных.

Высшим достижением Джованни Трапаттони (1939 - …) в качестве футболиста стала блестящая персональная опека Пеле в одном из матчей сборной Италии против сборной Бразилии в 1963 году. На миланском стадионе «Сан-Сиро» он играл против «короля футбола» в течение одного тайма и сумел полностью выключить его из игры. Пеле ни разу не удалось ни обыграть Трапаттони, ни сделать точной передачи, поскольку итальянский защитник не отходил от него ни на шаг.
Великий тренер Джованни Траппатони в бытность игроком собрал неплохую коллекцию трофеев. За 12 сезонов, проведенных в «Милане» завоевал два Кубка европейских чемпионов, Кубок кубков, Межконтинентальный кубок, два Скудетто, Кубок Италии. Эти достижения явно выше, чем 45 минут, проведенных против Пеле.

Чехословацкий голкипер Франтишек Плачинка (1904 — 1996) был хорошим психологом и умело пользовался этим. Очевидцы вспоминали, например, что при назначении 11-метрового удара он срывал с головы кепку и от огорчения с силой бросал её в какой-нибудь угол ворот. Почти всегда именно в этот угол исполнитель пенальти и бил, а Плачинка был к этому готов…
Во первых фамилия его Планичка. Про кепку – красивая легенда, не более того. Повторяй он этот трюк регулярно, номер бы не прошел. А знаменит Планичка своей реакцией и прыгучестью. При росте всего 173 см быть голкипером сложновато. (Представьте в воротах, скажем, Аршавина – его рост 172 см).

Последние годы карьеры великого итальянца Джанни Риверы (1943 - …) были отмечены из-за его сложного характера бесконечными конфликтами с судьями, итальянской федерацией футбола и журналистами. Поэтому мало кого удивило, что в конце концов Ривера стал политиком и был избран в итальянский парламент.
Забавное утверждение. Особыми конфликтами в матчах, насколько я знаю, Ривера не отличался. А вот окончание его карьеры в «Милане» получилось весьма интересным. Лучший футболист Европы 1969 года Джанни Ривера был обвинен президентом клуба Бутикки в лени. И выведен из состава команды в 1976 году. Играл, кстати, за «россонери» с 1960 года, с 17-ти лет. И вот в 1976 году после скандала Ривера оказывается на улице. В клубе, тем временем, назревает финансовый кризис. Из долгов клуб вызволяет… Джанни Ривера. Он взял кредит, выкупил контрольный пакет акций клуба, назначил Феличе Коломбо президентом, себя вице-президентом, и… вернул себя в основу. В 1979 году играющий вице-президент клуба последний раз завоевал Скудетто и покинул клуб. Это Скудетто стало 10-м в истории «Милана», что позволило сделать нашивку звезды над эмблемой клуба.Спустя год разгорелся новый скандал, связанный с договорными играми. Клуб переводят в Серию В. Коломбо пожизненно дисквалифицируют. Ривера остается вне скандала. И работает в клубе еще несколько лет. До 1986 года он состоит в должности вице-президента, являясь владельцем контрольного пакета клуба. В 1986 году Ривера продает клуб Сильвио Берлускони, а спустя год становится депутатом Итальянского парламента. Сейчас Джанни Ривера депутат Европейского парламента.

Автор - Дмитрий Гребенщиков ака dwarfdoc, сайт “Футболисты мира”